— Готи! — обрадовался Эрик, стоило ему увидеть девушку.

— Быстрее, полезайте! — закричала она, кивнув в сторону брюха своего паука.

Парень, вскочив с пола, ринулся вместе со скелетом к дребезжащей махине, что пускала густой дым из своих труб. И когда оба забрались на брюхо паука, то залезли в небольшие проёмы, и крепко ухватились за выступающие части, принявшись держаться.

Плиты продолжали отваливаться, всё больше обнажая истинное тело поезда: эту мясистую и пульсирующую тушу, многими веками скрытую под слоем архитектуры. Руки продолжали вылезать из стен, мышцы которых надувались, грозясь раздавить всё живое.

— Мастер Орфей, хватайтесь быстрее! — крикнула Готи, видя великана.

— Моя дорогая, забудьте про меня! — отвечал он, отбиваясь куском бетона от рук. — Я не успею, уходи! Спасайте себя и всех здесь! И пусть я останусь в вашей памяти, как самый любимый учитель! — кричал он, разламывая полчища лапищ тем, что закидывал их огромными обломками, тем самым отвлекая на себя внимания и выигрывая для остальных время.

Через двери было бесполезно уходить, ведь из них тоже начали рваться огромные конечности.

Девушка глянула на Орфея, и тот одобрительно кивнул ей, улыбаясь. Готи, вздохнув, выкинула все ненужные мысли из головы и начала дёргать рычаги, заставляя паука ползти вверх по стене. Мощные лапы махины вонзались в торчащую плоть, пронзая её. Паук взбирался всё выше, и стоило ему оказаться у полуразрушенного потолка, как он принялся пробивать его, прокладывая себе путь.

Механический паук, создав огромную дыру, тяжело выполз наружу, оказавшись на черепичной крыше вагона. Зверский поток воздуха в мгновение врезался в металлическую тушу и всех сидевших в ней. Отсюда открывался вид на мрачные земли, погружённые в ночь и освещаемые лишь множеством лун. Отсюда было видно весь поезд, чьи вагоны общей длинной тянулись до самого горизонта. Состав мчался по пути, который прокладывал сам: локомотив вынимал из себя огромными руками рельсы и ставил их перед собой, тем самым создавая себе дорогу.

— Быстрее, Готи! Нам нужно в самый конец! — изо всех сил завопил Эрик, пытаясь докричаться до девушки через зверские потоки ветра.

Она услышала его, и сразу направила паука в нужную сторону. Лапы махины поджались, из-под брюха выдвинулись колёса в форме огромных шестерней, и самодвижущееся устройство, меча искры, ринулось в нужную сторону.

Оно постепенно набирало скоростью, мчась по крышам вагонов и огибая вставшие на пути башни. Время от времени лапы паука резко выдвигались, ударяясь о поверхность, словно пружины, и подбрасывали паука как можно выше, позволяя ему перепрыгивать на бешенной скорости сотни метров.