- Кто-то пристрелил вашу собаку? - попыталась пошутить она.

Священник пожал плечами.

- Я тут жопу рвал, пробовал пробить ту свежую кладку в подвале. Очень тяжело.

Разве дело в этом? Джеррика так не думала.

- Что ж, - добавил он, - я кое-что обнаружил.

- Что?

Он снова пожал плечами и встал на ноги. Его грудные мышцы блестели от пота.

- Идем! Я покажу тебе.

Она, молча, последовала за ним через зал, к лестнице, ведущей в подвал. По пути она не могла не обратить внимания на его спину. Туго обтянутые кожей мышцы, шрамы от шрапнели, покрывавшие бок, как случайные стежки. Она заставила себя отвести взгляд. Но затем какой-то резкий блеск привлек ее внимание.

- Подождите! Что это?

На лестнице было узкое стрельчатое окно, разбитое, как большинство других Оно смотрело на лес за аббатством и спускающийся вниз хребет. Но сквозь деревья она разглядела блеск.

- Похоже на воду, - сказала она.

- Так и есть. Это озеро, - сказал Александер, без какого-либо интереса. Что же его беспокоило?

- Черт, я снова забыла взять свою фотокамеру. Хотелось бы сфотографировать его, как и все это место.

- Позже, - глухо сказал он. - А сейчас я покажу тебе это.

Она проследовала за ним во тьму подвала. В коридоре мерцали пятна света - спиртовые лампы, там, где работал священник. Он поднял одну и поднес ее к стене.

Перед Джеррикой был уже знакомый ей фрагмент свежей кладки, будто на его месте когда-то находился дверной проем, и кто-то по какой-то причине замуровал его.

- Видишь эти следы от ударов? - сказал Александер, указывая на выбоины.

- Да, но мы уже видели их, когда приезжали сюда в первый раз. Кто-то...

- Верно, - прервал он ее. - Кто-то пытался сломать стену, возможно, давно. Мы это уже заметили.