Дзинь!

Александер оцепенел. Теперь он знал, чем они ударили Джеррику по голове: монтировкой. Той же штукой, которой они ударили и его по голове.

Двое парней из бара, - с трудом пытался мыслить он. Но на этом, пожалуй, все. Сознание уходило и возвращалось.

- Я отдеру эту городскую блондинку в задницу так жестко, что она выблюет мою «молофью»! - радостно воскликнул один голос.

- О, брось, Боллз. Это нехорошо. Нас поймают и бросят в тюрягу на всю жизнь.

- Черт, ты такое сыкло, Дикки! Мы, что, добирались в такую дыру, чтобы просто уйти? - Темное лицо парило над священником. Длинные волосы, бейсболка тракториста, козлиная бородка и злобная ухмылка. Этот тип был похож на Люцифера. - Эй, святоша, хочешь знать, как мы тебя нашли?

Александер не мог ответить. Он начал опасаться, что удар по голове мог быть смертельным, и что для него наступил Золотой час[20]. Раздробленный черепной свод, субдуральная гематома... я могу умереть через несколько минут. Но допустит ли это Бог? Господи, после всего, через что я прошел за свою жизнь, я умру от рук двух деревенских дебилов? Это казалось несправедливым.

Помоги мне, Боже, молю Тебя. Услышь мою молитву.

- Отрежь ему член, Дикки! И заставь его съесть! - Боллз бросил толстяку складной нож. - Потом медленно перережь ему глотку. А я тем временем развлекусь с этой белобрысой городской сучкой.

Священник перевел взгляд и боковым зрением увидел место действия. Толстяк неохотно раскрывал нож, в то время, как его «коллега», со спущенными до колен джинсами, энергично насиловал в зад Джеррику. А еще он понял, что Джеррика мертва.

Монтировка проломила ей голову. Из отверстия вывалились кусочки мозга.

- Ты в полном дерьме, мужик, - обратился к нему знакомый голос. Голос был мужской, но священник знал, что он не принадлежит ни одному из деревенщин. Александер прищурился, заставил свои глаза сфокусироваться, несмотря на боль в голове, и увидел, кто произнес эти слова.

Это был его господь, Иисус Христос. Царь Царей.

4

4