— Я хочу, чтобы ты выслушал меня, Питер, — произнес он. — Слушай меня внимательно. Твоя мать на пути сюда. Она собирается забрать тебя…

Питер замотал головой:

— Нет, Дэмьен, не отдавай меня.

— Не беспокойся, с этого момента ты принадлежишь мне душой и телом, — улыбнулся Дэмьен, коснулся лица мальчика и приподнял его подбородок. — У христиан десять заповедей. У меня — всего одна.

Питер кивнул. В коридоре послышались шаги, но Дэмьен не обернулся. Он впился взглядом в лицо Питера.

— Повторяй, что я говорю, и мы станем с тобой единым целым.

— Я обожаю тебя, — выдохнул Питер.

— Сильнее всех и превыше всего, — требовал Дэмьен.

— Сильнее всех и превыше всего.

— Сильнее самой жизни.

— Сильнее самой жизни.

Дэмьен вздохнул и склонил голову. В этот момент дверь распахнулась и на пороге появилась Кейт.

— Я здесь, чтобы поторговаться с тобой, Дэмьен, — бросила она.

Питер испуганно переминался с ноги на ногу. Но Дэмьен крепко держал его за руки.

— Где Он? — спросил Дэмьен, продолжая глядеть Питеру в глаза.

— Верни мне моего сына, и я отвезу тебя к Нему, — предложила Кейт.

Питер прижался к Дэмьену:

— Нет, Дэмьен, я не ее сын. Я принадлежу тебе.

Из груди Кейт вырвался стон. Услышав его, Дэмьен улыбнулся и, медленно повернувшись, посмотрел на стоящую в дверях женщину.

— Веди нас к Назаретянину, — согласился он. — И тогда тты сможешь забрать Питера.