Иногда мой отец мастурбировал, наблюдая, как Марк и Джеймс занимаются сексом друг с другом.

- Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью.

- Послание к Римлянам! - объявлял Марк.

- И заповедь новую даю вам: да любите друг друга.

- Иоанн! - восклицал Джеймс.

Все это время я лежалa там, обычно на животе, связаннaя и с кляпом во рту. Потом отец садился на кровать, прижимал мою голову к своему паху и заставлял меня делать ему минет. Когда он кончал, он всегда говорил:

- Твои губы опускаются, как соты, мед и молоко под твоим языком.

- Нет большей любви, чем эта, - говорил Марк, когда кончал.

Но вскоре, как всегда, он был готов снова. Так было со всеми ими. И в конце концов, отец всегда возвращался ко мне со своим ремнем. К тому времени я былa хорошо обученa.

- Скажи это! - скомандовал отец между паузами ремня.

Его голос звучал как эхо в горной расщелине.

- Псалмы! 51:5! Скажи это!

Я зналa, что если не скажу этого, они обожгут меня еще множеством свечей. A с моей матерью они сделают кое-что похуже.

- Скажи это!

- Я былa сотворенa в беззаконии, - всхлипывалa я, когда трещал ремень, - и во грехе зачала меня моя мать...