Здесь никого не было. В свете люминесцентной лампы ярко сверкала кафельная плитка, а сумерки за окном сгуща­лись. Ветер шумел в вершинах деревьев. Темные облака стре­мительно неслись по угасающему небу.

Дэмьен дрожащими руками положил украденную Би­блию в раковину и встал перед зеркалом, забрызганным зуб­ной пастой. У него почти не оставалось никаких сомнений. Ребром ладони мальчик протер зеркало и вгляделся в свое отражение. Он знал, что на его правой руке не было никако­го знака, иначе он давно бы его заметил. И тем не менее Дэ­мьен еще раз осмотрел в свете люминесцентной лампы свою руку со всех сторон. Ничего. Никаких меток. Рука как рука.

Тогда Дэмьен, глядя на свое отражение, раздвинул надо лбом волосы.

Никакого знака.

Он раздвинул волосы в другом месте и снова взглянул на свое отражение.

Опять ничего. Дэмьену внезапно показалось, что он схо­дит с ума. Что с ним происходит? Зачем он позволил себе во­образить весь этот ужас? Как легко пошел он на поводу у взрослых, внушивших ему подобные мысли. Ему же трина­дцать лет, он становится взрослым мужчиной. Он просто на­чинает ощущать первые сексуальные позывы. Возможно, именно так они и начинают проявляться. И они, наверное, не одного его сводили с ума.

Если бы на месте Дэмьена был кто-то другой, он вполне ограничился бы этой догадкой. Но только не Дэмьен. В кон­це концов он же причислял себя к клану Торнов, а уж они-то всегда доводили начатое дело до конца.

Дэмьен раздвинул волосы на своем темени.

И тут он увидел нечто ужасное.

Конечно, этой метки никто никогда не видел. Это были три крошечные шестерки, едва различимые даже в свете лю­минесцентной лампы.

666.

Дэмьен чуть не задохнулся. Он привалился к стене, еле удерживаясь на ногах. Мальчика ошеломило это открытие. Он никак не мог оправиться от потрясения. Значит, все это было правдой. Все, чего Дэмьен страшился, о чем ему толко­вал Нефф, на что намекал Бухер. Все, все было правдой.

Слезы брызнули у него из глаз. Он выскочил из ванной комнаты, по-прежнему прижимая к груди Библию. Дэмьен не знал, что ему делать, куда идти. Единственное, что ему хо­телось,—это остаться на какое-то время одному.

Дэмьен рванулся к лестнице. Оркестр все еще гремел внизу. Дэмьен протолкался сквозь встречную толпу курсан­тов и понесся мимо классных комнат. В этот момент его за­метил Марк и крикнул:

— Дэмьен!

Но Дэмьен даже не обернулся. Возле кабинета священни­ка мальчик остановился, чтобы вернуть Библию на место. Дверь в кабинет была открыта, и это означало, что священ­ник находился внутри. Тогда Дэмьен швырнул Библию на пол рядом с дверью и помчался обратно. Выскочив из обще­жития, он пересек стадион, миновал входные ворота в Акаде­мию и устремился вниз по дороге.