Норман ухмыльнулся. Вау. Если бы у него сейчас была петарда, он вряд ли смог бы удержаться.

Жуткая парочка спала крепким сном. Он мог ускользнуть, не отвечая ни на какие вопросы.

Крадучись, он вышел из комнаты Бутс, пересек гостиную и подошел к двери домика. Оглянулся.

"Черт".

Эти двое даже не были похожи на обычных спящих. В них было что-то от трупов. Они спали так, словно репетировали перед вечным сном.

Солнце стояло низко над кукурузными полями, когда Норман направился к офису мотеля. Отсюда он мог видеть обратную сторону таблички с названием, которая уже загорелась с наступлением сумерек. Мотель "Ха-Ха".

"Дружелюбное название, - подумал Норман. – Даже смешное".

За офисом мотеля высокая густая живая изгородь окружала участок земли. Он увидел, что в растительности была прорублена арка, образующая узкие ворота. Он услышал разговоры, звук выдернутой пробки.

"Это должно быть оно, Норми".

Теперь он уловил запах жаренного мяса. У него потекли слюнки.

Норман шагнул вперед и оказался на огороженной лужайке.

А там были они. Актеры из "Интенсивной терапии".

Норман вытаращился, хотя на них не было униформы, которую он так хорошо помнил после просмотра почти сотни эпизодов. Медсестры были одеты в хирургические зеленые топы и брюки. Секси-и-и! Врачи были одеты в безупречные белые халаты. Он увидел медсестру Лоу. Петри был медбратом, Гути - коренным американцем-парамедиком. Доктор Санчес Гвидо (он же Даррен, служащий мотеля) жарил гамбургеры на гриле для барбекю. Затем доктор Реннин, гламурная рыжеволосая женщина лет сорока пяти, потягивающая коктейль. Рядом сидели доктора Браун и Пирман, их волосы уже поседели, так как они бежали трусцой по жизни в свои пятьдесят.

"Срань господня".