"Вот, черт".

Норман поднялся на ноги, стряхивая с одежды клубы пыли. Проклятый песок пустыни был у него и во рту.

Он посмотрел на Дюка. Его светлые, сальные волосы были по-прежнему высоко зачесаны. Его голубые глаза были скрыты зеркальными очками, в которых отражались черные и зеленые синяки на лице Нормана.

Синяки, которые Дюк нанес своими твердыми, как камень, кулаками.

Лицо Дюка было бесстрастным. Он уставился на Нормана.

"Может быть прикидывает, как закончить работу своим ножом. Через несколько минут я могу лежать в пустыне с кровью, хлещущей из горла".

Норман ждал, что скажет Дюк. Это было похоже на ожидание начала войны.

В его животе нарастало напряжение.

"Мне плохо".

Бутс молча наблюдала. Ожидая первого хода Дюка.

Дюк поднял руки по обе стороны головы. Его бицепсы вздулись.

Норман вздрогнул.

Дюк шагнул вперед, чтобы заключить его в крепкие медвежьи объятия. Это напомнило Норману, как болят его ребра.

"Вот оно. Этот монстр раздавит меня насмерть".

Дюк продолжал сжимать.

- Норман?