Ники закричала:

- Пожалуйста, не трогайте его!

Памела вытаращилась.

- Кто это, черт возьми?

Дюк навел пистолет.

Старик в инвалидном кресле выглядел лет на девяносто. На макушке у него не было волос, зато их было много внизу головы и вокруг челюсти, так что они образовывали белоснежный воротник. Глаза представляли собой блестящие щелочки, окруженные красной кожей. Над ними возвышались пушистые брови из седых волос.

- Он кусает мою гребаную руку! - взвыл Норман.

- Отойди, - сказал ему Дюк. - Я ему морду разнесу.

- Нет, Дюк! Моя рука у него во рту!

Ники и Лорен умоляли их не причинять старику вреда.

- Он грызет кожу, он грызет кожу! - Норман завыл еще громче.

Бутс наклонила пистолет, чтобы выстрелить старику в живот.

- Не смей, иначе ты попадешь в меня. - предупредил Норман. Потом он сказал: - Вот! - и протянул ей свой пистолет.

Теперь, когда его рука была свободна, он мог что-то сделать с кусакой. Он ткнул большим пальцем в один из прищуренных глаз. Теплый, мягкий. Норман надавил сильнее. Наконец старик с воплем перестал кусаться.

Дюк пожурил Ники.

- Эй, у тебя есть дедуля, ты должна время от времени кормить его.

Ники бросилась к старику.

– Лучше бы ты его не обижал!

- А как насчет меня? - спросил Норман с болью. - Ублюдок пустил мне кровь. Смотри!

Он показал ей свою руку с колотыми ранами на коже. Поморщившись, он прижал к ней носовой платок.