Сердце Палатазина застучало.

– Хозяин? – тихо повторил он. – А кто это, Хозяин, Уолтер?

– Не–е–ет. Вы бы хотели, чтобы я проговорился? Ну, нет. Вам не узнать!

– Кто это, Хозяин? Ты имел в виду Бога?

– Бога? – Чем–то это слово обеспокоило Уолтера. Он моргнул, провел рукой по лбу. – Он разговаривает со мной по ночам,– прошептал он. – Он указывает мне, что я должен делать.

– А где он?

– Не могу сказать. Н Е М О Г У!

– Но он здесь, в Лос–Анжелесе?

– Он повсюду,– сказал Бенфилд. – Он видит и слышит все. Он знает, где я. Знает, где вы. Если он захочет, он найдет вас. Он позовет вас ночью, и вам придется идти к нему. Вам придется! – Он взглянул прямо в глаза Палатазину, его черные глаза были странно увеличены линзами очков. – Он рассердился на меня за то, что я не пришел к нему прошлой ночью. И на вас, за то, что вы меня задержали, да.

– Как его имя?

– Имя? У него нет… имени. До того, как он спас меня, я мстил им за обман, за то, что они дурачили меня, но Хозяин сказал, что они ему нужны живыми, и что этим я помогу ему в великой битве.

– Какой битве?

Бенфилд посмотрел на него, моргнув.