Мара полезла в шкаф и взяла с полочки зеркало, вглядываясь в свое лицо. Несколько раз моргнула глазами, сбивая повисшую пелену. Она увидела, как ее взгляд меняется, становясь каким был прежде. Марина положила зеркало обратно и вздохнула с облегчением.

Погасло внутри серое пламя. Погасло, грея золой. Как гаснет брошенная от костра одинокая головешка, но земля под ней нескоро затягивается травой…

Поздно сидели вдвоем на лавочке. В дальнем теперь дворе. Вернее, в торце дома, где находилась детская площадка, пустующая под вечерней темнотой. Аня пила коктейль. В руке Марины одиноко желтело пиво.

— Как в институте? — спросила Мара.

— Нормально. На завтра задали до фига. Половину сделала, на вторую меня не хватило. Как они рассчитывают, что предмет надо учить целиком перед одним, причем самым неожиданным семинаром в семестре, я не понимаю.

— И я. Мне тоже то три страницы зададут, то триста три… Слава Богу, у меня завтра лекции.

Аня достала тонкую сигарету и закурила. Ее глаза уставились вперед, она о чем-то размышляла.

— Пашку не видела?.. — полюбопытствовала Марина.

— Не-а. Я его уже неделю не встречаю. И отлично. Для меня все закончилось еще раньше, чем он понял, что ему надо отвалить.

Марина знала, что это была правда. Голоса на площадке смолкли. С шумом притормаживали на светофоре редкие машины, только вывеска соседнего магазина освещала железные приспособления, будто и не для детей тут созданные.

— Дэн больше не появлялся?.. — спросила Марина.

— Нет. Видимо, Александр переживает поражение в одиночестве, — отозвалась Аня.

Фильм про великого завоевателя не оставил равнодушия в сердце. И пусть Марине не импонировал главный его герой, фраза стала между подругами крылатой. И у великих бывают проигрыши.

— Быть может, Александр утешается в обществе прекрасных наложниц, — возразила Марина.

— Тогда это проблемы Александра, — отозвалась Аня негромко.

— Какие же в этом проблемы?

— Венерические.

Мара улыбнулась про себя, ощущая, что внутри становится хорошо. Разговор, повернувшись между институтом и тем, как были дела, плавно перетек в свое законное, обрученное взаимным интересом русло. И девушки не стеснялись обсуждать то, чего хотелось, словами текущими через вечеринку, воспоминаниями, близкой и повторяющейся, теперь уже историей.

— Скажи, а он тебе нравится?.. — посмотрела на подругу Марина. Она достаточно доверяла той, от которой хотела откровенности.