— Они демоны, Розочка. Они выбрали зло. А мы служим добру и мешаем их планам, — ответила Агнесс. — Не бойся, мы сделаем все, чтобы защитить вас. Главное, чтобы и вы не забывали, что в мире есть коварство.

— Мы не забудем, — пообещала Роза. — Только скажи, Агнесс… Если сейчас мужчины защищают всех нас… то кто защитит их?..

Агнесс улыбнулась.

— Попробуем мы, женщины. Ну, а вообще, они всегда под защитой Бога и Девы Марии.

Заросли розовой акации шатром окружали древний кривящийся дуб, росший на отшибе, в далекой глубинке райского сада. Корни его были покрыты мягким мхом, земля вокруг была усыпана золотистыми желудями. Ни души в окрестностях, ни звука среди зелени.

В тишине и уединении под покровом дерева приютился юноша с пшеничными волосами. Он облокачивался на столетний ствол и долгим опечаленным взглядом смотрел на цветочки, у венчиков которых вились дивные переливающиеся мухи. Листики акации прятали его фигуру от посторонних глаз, и он сидел в полном одиночестве, бесшумно вдыхая тонкие райские ароматы.

День клонился к вечеру, и прохлада влажной травы стала ощущаться на коже, когда чья-то рука аккуратно отодвинула ветки, и в зарослях появился Михаил.

— Кто тут сидит такой маленький и хороший?.. — молвил первый архангел. — К тебе можно?

— Конечно, — юноша просветлел глазами и подвинулся, освобождая место старшему брату.

Михаил устроился рядом с младшим архистратигом, кладя ладони на его плечи.

— Привет, Мил. Ты звал меня, маленький?.. — взглянул он. В глазах Михаила отразилась некая усталость и забота напряженного дня.

— Звал, — Иеремиил прижался к груди брата и притих.

Несколько минут прошло в молчании. Мил не двигался с места, Михаил сидел рядом, чувствуя у своего сердца его неуловимое дыхание.

— Как ты?.. — молвил старший брат.

— Ничего… — тихо отозвался Иеремиил. — Вот сидел, ждал…

— Прячешься опять ото всех? — Михаил искал его взора.

— Ты же знаешь… — ответил Мил. — Нет, просто тебя очень хотел видеть… Одного.

Михаил понимал Иеремиила с самого детства лучше всех. И давно стала для него личным откровением любовь Мила к укромным уголкам, где его никто не мог найти. С самого разделения мира на рай и ад… Он искал, где бы мог один пережить то сокровенное, что творилось у него в душе. И никто, кроме старшего из братьев, не мог проникнуть в этот мир.

— Мил… — Михаил провел ладонью по его волосам. — Что же ты так…