Кто?.. Он хотел послать к черту всех. Это должен был быть только он. Если не он, то кто тогда? Он — самый красивый генерал ада, самый успешный из всех. Не Лопате же тягаться за любовь Княгини, и не Дементию же, черт возьми. Это Алан соблазняет одним взглядом кого угодно. Он — живая легенда этого мира.

Алан ловил ее взоры, нутром следил за недоговоренными фразами, за не повернутой на сантиметр головой. Он был охотником, который пытался напасть на путанный след, виляющей в зарослях лисицы. Был ли тот холод и ирония, та игра ресниц и прорезающие одежду взгляды для него одного?.. Значили ли они то, что он хотел?..

Диана была неизменна в своей стервозности и в то же время изменчива, как осенний ветер. Она играла собственную игру. И как Алан ни был знаком с тем крючком, на который его всю жизнь пытались посадить женщины, он вновь и вновь путался в леске, глядя на сорванную волной наживку. Он не признавался, но он оказался бессилен против ее зыбких правил. Если только не найдет отгадку раньше, чем она придумает новые шарады.

Мысли затуманились и унеслись, словно весенним прибоем. Каким же она была умопомешательством…

Алан уткнулся лбом в ладони и видел ее перед собой, лаская взглядом ту, которая была сегодня далека. Она была достойна того, чтобы в нее влюблялись самые-самые. Она была лучшей… Она была единственной драгоценностью, которой не было цены. И он хотел только ее…

Ираклий был смелый, как настоящая муза: пока ее не сдуло ветром. Алан знал и видел, как моментально утихают разговоры о ней, когда приходит Князь. И как дрожат и терпят крах мечты, которые еще минуту назад так смело разворачивались на столе. Генералы хорошо помнили, как несколько тысяч лет назад Князь разметал по равнинам двух элитников второй адской армии, армии Алана, с которыми, чтобы досадить мужу, заигрывала Княгиня. Алан не запамятовал, как страшно на нее злился, задушить был готов. Тогда всей первой и второй касте еще раз было доказано, что Князь убьет любого, кто покусится на его жену. И никто больше не смел с тех пор сделать хотя бы попытку…

Алан был не Ираклий. Он готов был рискнуть всем ради нее. Он не боялся Князя. Ему надо было лишь выбрать время и момент… И только поймать в зрачках Дианы намек. Тогда он пойдет и победит.

Только годы мелькали в вечности, как лузганные семечки, и Алан понимал, что момента так и не было. Кто был виноват?.. Князь? Диана? Он ли сам?.. Казалось, он хотел ее убить за все, что она делает. За синие глаза, за разрез на груди, за кружева ее чулок. И как он ненавидел ее улыбки, посланные Князю поцелуи… Ее слова сегодня… «Я буду закусывать кровью мужа»… Ему чудилось: она сказала это специально для него.