Все стиралось в голове, оставляя мыльные пузыри лопающихся грез. И Алан видел перед собой только лицо Князя. Улыбающееся, сально довольное, и Диана у него на коленях. Как он презирал эту сволочь, как был готов зарезать паршивую мразь, которая посмела обладать ей и отталкивать ее от себя…

Была мечта высказать ему все в лицо. Бросить в глаза все награды, все повышения… Все елейные, кошачьи, словно для баб, слова. «Как бы твоя работа не пошла так же, как твое настроение». Она пойдет. Пойдет в бездну, вместе с ненавистной скотиной, пойдет в Божий гнев, откуда Самуил вышел по другую сторону от Михаила…

— Мрак… — проговорил Алан, с трудом вглядываясь в стекло бутылки.

Вторая ушла еще быстрее, чем первая. Генерал попытался встать, чтобы взять третью, но ноги его не слушались. Теперь он был действительно пьян. Выругавшись, он рухнул на стул и в сердцах долил остатки в свой стакан.

Уши уловили нежданное поскрипывание приотворившейся двери, и Алан увидел, что к нему кто-то вошел. Рябящие зрачки различили могучую фигуру. Только этого ему сегодня и не хватало.

— Хорошо работаем, — тихо заметил знакомый голос, и Алана порезала тонкая хищная улыбка, принадлежащая Князю.

Самуил подошел к столу и, спокойным движением взяв себе стул, опустился напротив генерала.

— Я думал о пл… — Алан хотел сказать про планы, но язык его заплелся.

— Планах на выходные? — усмехнулся Князь. — Да, хорошо ты налакался, друг.

— На себя смотри, ага? — само собой вырвалось у генерала. Он тут же осекся и замолчал, глядя в стакан.

— Нервные все какие-то, — сделав паузу, заметил Самуил. — Курить есть?..

Алан полез в ящик стола. Он достал пепельницу и две сигареты, припомнив, что сам выкурил последнюю давным-давно, за игрой в карты.

— Прости, не знаю, что на меня нашло, — проговорил Алан, неверными движениями прилаживая пепельницу перед Князем и протягивая ему сигарету.

— Благодарю, — их глаза встретились. — Не волнуйся, у всех бывают плохие моменты, — ответил Самуил, прикуривая от кольца. Его зубы, прикусывая, коснулись фильтра.

Алан затянулся полной грудью.

— Развеяться тебе надо. Сменить это топтание в мелкой луже на что-нибудь приличное, — выпуская клуб дыма, произнес Князь. — А то в такой обстановке любой кидаться на всех начнет.

— Да я вообще-то… — попытался возразить Алан.

— Не спорь со старшими, — оборвал его Самуил. — Я тебе никогда плохого не советовал, так ведь?..

— Так, — Алан кивнул.

— У меня есть для тебя кое-что интересное.