— Нет, ничего. Ты говоришь как в рекламе, — весело покачала она головой. — Сахар, молоко?..

— Да, — утвердительно кивнул Андрей.

— Значит и сахар, и молоко, — повторила себе Ната. Она залезла в холодильник. — Та-ак… Молока мне оставлять необязательно, понятно. Придется черный. Или чай?..

— Что? Нет, давай черный кофе, — предпочел Андрей.

— Бутерброды? Сыр, колбаса, ужасный невкусный паштет в железной банке?..

— Нет, невкусный не надо.

— Да? Жалко, я думала, что хоть ты его съешь, — Наташа шлепнула продукты на стол, плюхаясь сама на табуретку. Она рассмеялась. — Прости, меня что-то несет сегодня.

— Ничего.

— Подай хлеб, пожалуйста, там… Да, вон там, — кивнула Наташа, принимая из рук Андрея батон. Она снова встала, делая утренние напитки.

Через пять минут завтрак был на столе, и молодые люди с наслаждением уплетали «здоровую» пищу.

Наташа сидела напротив Андрея. Стол был узенький и тесный, другой бы сюда не влез. Она почувствовала легкое прикосновение внизу. Андрей убрал ноги под табуретку.

— Ну что, умею я готовить? — с веселым кокетством взглянула она на него.

— Отлично, — подтвердил голодный Андрей.

Он растер подушечками пальцев прилипший микроскопический кусочек масла.

Наташина рука протянулась через стол, беря его запястье.

— Что? — спросил Андрей, глядя в ее темные глаза.

— Ничего… — ответила она тихо. — Знаешь, — заговорила она, изменив тон, поспешно. — Я ведь хотела тебе сказать… Мы уже неделю гуляем. А ты… ни разу не попытался меня поцеловать. Я разве тебе не нравлюсь?..

Андрей почувствовал в груди жар. Щеки полоснуло теплой кровью. Наташа заметила краску на его скулах.

— Ты… мне не только нравишься, но и намного больше… Разве я не даю это понять?

Андрей замялся. Что-то не хватало этому парню здесь, на Земле, чтобы высказать все до конца.