Джек открыл дверь и пропустил сына в дом. Сам он остался на пороге, наблюдая за надвигающейся грозой. Да, зрелище будет прекрасным. Он никогда еще не видел, чтобы тучи сгущались так быстро. Только один раз он наблюдал что-то похожее, когда они с Кэти отдыхали во Флориде. Алана тогда еще не было.

В тот день они сидели у пруда и загорали, а потом вдруг увидели тучи, идущие с юго-востока. Тучи двигались с невероятной скоростью. Один из местных жителей объяснил им, что во Флориде всегда так — дождь начинается неожиданно и так же неожиданно кончается.

— Джек! Шел бы ты лучше в дом! — позвала Кэти, стоя в дверях.

Он повернулся и посмотрел на нее через стеклянную дверь. Его жена была еще красива, хотя и поправилась на лишних пять фунтов. У нее сохранились великолепные длинные черные волосы, да и эти лишние фунты были не слишком заметны при ее округлых формах.

До шестнадцати лет Кэти жила в Европе, училась в лучших школах, но потом очутилась в Бостоне, где работала танцовщицей в баре, выступая в полуобнаженном виде, чем очень расстроила своих родителей. Через несколько месяцев такой работы она уехала домой в Де Мойне, а еще через несколько месяцев оказалась в Нью- Йорке, где они и встретились.

— Выйди сюда и посмотри, что делается, — позвал Джек.

Кэти открыла дверь и шагнула на улицу.

— Я уже видела позади дома.

— В жизни не видал такого.

— Поживи подольше и еще не то увидишь!

Он улыбнулся и обнял ее за плечи.

— Иди в дом, — сказала она, — а мне нужно снять белье Алана. Я еще не все закончила. Он там за домом, в песочнице.

— Ладно. Пока вы занимаетесь делами, я приготовлю свой всемирно известный салат из тунца.

— Ты очень заботливый, — сказала она и открыла дверь.

Джек вошел в дом.

Внутри было прохладно, хотя сквозняков не чувствовалось. Ему нравилось, как Кэти ведет хозяйство: все в доме было из настоящего дерева, на прекрасном паркетном полу лежали натуральные ковры. Мебели было ровно столько, сколько нужно, чтобы жилище не походило на антикварный магазин.

Проходя в кухню, он увидел, как Кэти пошла за Аланом. Она была очень динамичной женщиной, таких он никогда не встречал. Джек открыл холодильник и вынул оттуда две банки консервированного тунца. Напевая привязавшуюся популярную песенку, он начал доставать другие необходимые продукты.

«Как все хорошо, лучше и быть не может», — подумал он.

В кухне стало темно, тучи закрыли солнце. Джек посмотрел на часы, висевшие на стене — было только четыре часа.

«Интересно, однако, холодно до сих пор не становится», — подумал он.