Слишком долго подкарауливал он подобную темень. Но вот теперь-то спешить не следовало — ведь начни он сейчас суетиться, и весь план моментально рухнет. Снова и снова обкатывал он его в уме, возвращаясь мыслями к той веселенькой разминке, которую устроил всего неделю назад. Зайти в дом и покинуть его. Суметь осуществить все за каких-нибудь двадцать минут — и никак не дольше. А потом— снова в путь. Так что на расвете — его и след простыл. Это, кстати, являлось важнейшей частью плана.

Добравшись до особняка Коннелли, Гарри припарковал автомобиль на обочине под густыми кронами старых вязов. Он тщательно осмотрел дом и только после этого заглушил мотор. Два последних квартала Гарри пришлось двигаться с габаритными огнями, ведь горящие фары вполне могли привлечь чье-то внимание. Теперь же, сидя в полной тишине, он медлил и старался не смотреть на те яркие и сияющие столбы света, что выхватывали из тьмы уличные фонари.

И тут он почувствовал, как тревожно забилось сердце. Ладони стали липкими от холодного пота. Это означало лишь одно — пора начинать. Рядом с ним на сиденье лежало все необходимое, и Гарри осторожно поднял эти вещи. Здоровый бельевой мешок с тугой резинкой, какими обычно пользуются в прачечных, Гарри засунул под свой черный свитер. Нож с пружинным лезвием — в правый карман брюк. Разумеется, складной ножичек подошел бы для этой цели куда как лучше, однако за него никогда нельзя поручиться — в самый нужный момент эта штуковина имеет обыкновение сама собой складываться. А уж тогда — пиши пропало.

Гарри тихонько приоткрыл дверцу и выскользнул из машины, затем несколько секунд постоял не шевелясь. Дыхание его походило на пар, невесть откуда возникший здесь, в пустом пространстве. Взяв себя в руки, Гарри решительно двинулся вперед.

Где-то вдалеке залаяла собака, но он не обратил на нее внимания.

Застыв на полоске тени, отбрасываемой уличным фонарем, Гарри на миг заколебался, а потом стремительно перемахнул через приземистый каменный забор, ограждавший владения Коннелли. Очутившись во дворе, он почувствовал себя спокойней и уже более уверенно зашагал к дому. Накануне здесь, видимо, здорово поработали граблями: лишь пару раз зашуршали под его ботинками опавшие листья. Дорога была ему хорошо знакома — Гарри с закрытыми глазами мог отыскать тут каждый кустик.

В третий раз он остановился возле самого дома. Затаив дыхание, Гарри внимательно огляделся по сторонам. Отсюда машину уже не было видно. Вокруг по-прежнему стояла полнейшая тишина. За все это время ни один автомобиль так и не потревожил ее.