— Ну, хватит играть в кошки-мышки… Майкл.

Но мальчик продолжал отступать, прячась то за одну, то за другую статую. Каждый раз, когда луч света пада* на него, он прыгал в сторону в поисках очередного укрытия. Сейчас он походил на маленького загнанного зверька. Даже мысль о том, что он чуть было не спалил Доремуса живьем, не могла убить в следователе жалость к этому несчастному.

— Успокойся, я не сделаю тебе ничего плохого.

Захныкав, мальчик весь съежился: галерея закончилась. Отступать было некуда. Оставалось только прыгать вниз.

— Даже не пытайся, — предупредил Доремус. В этот момент опять прозвонил колокол, и мальчик с ужасом взглянул вниз — пол первого этажа находился футах в двадцати отсюда.

Еще один удар колокола. Мальчик вздрогнул и, потеряв равновесие, упал. В последний момент ему удалось уцепиться своими худенькими ручонками за какой-то выступ, и он повис, вот-вот готовый рухнуть. Не колеблясь, Доремус подскочил к мальчонке и, подхватив за талию, втащил того обратно на второй этаж галереи. Оказавшись в руках следователя, мальчик начал отчаянно сопротивляться. Он извивался, брыкаясь и царапаясь, и в конце концов ему удалось вырваться. Он помчался к лестнице сломя голову. Доремус рванулся было за ним, но тут вдруг в амбаре вспыхнул яркий свет, и на пороге показались двое мужчин. Один из них — лысеющий толстяк с прямо-таки фантастических размеров бородой — судя по всему являлся владельцем студии. Другой — им оказался Крэг Янг — с трудом удерживал насмерть перепуганного рыдающего мальчугана. Психолог в недоумении уставился на Доремуса.

— Слава Богу, вам удалось поймать его, — пробормотал следователь, медленно спускаясь вниз по лестнице.

— Питер, — обратился Крэг к мальчугану, — Питер, что стряслось? Что ты здесь делаешь, и вообще, как ты сюда попал?

— Так вы его знаете? — нахмурился Доремус.

— Разумеется. Это один из моих подопечных. Его зовут Питер Мэтис.

— Сдается мне, что именно он-то и разыгрывал всех нас по телефону… Его изобретательности, похоже, и конца не видно: сегодня вечером он пытался убить меня.

— Это невозможно. — Крэг начинал сердиться.

— Неужели? Тогда пусть все расскажет сам.

— Не знаю, что он делал так далеко от школы, но уверен лишь в одном: Питер не мог никому звонить по телефону.

— Не мог? Отчего же вы так в этом убеждены?

— Потому что Питер немой, — отрезал Крэг и принялся успокаивать плачущего мальчика.

Глава тринадцатая

Глава тринадцатая

Доремус одолжил у скульптора Брюннеля рабочие штаны цвета хаки, а также чистую, хотя и видавшую виды рубашку. Он сидел в кабинете директора гринлифской школы-интерната. Ботинки пришлось снять — они оказались слишком грязными, и Доремус опасался наследить на синем бархатистом ковре. После падения в пруд шея словно одеревенела и постоянно ныла, однако все невзгоды тут же отошли на задний план, как только Инок Миле предложил Доремусу хорошую сигару, и теперь тот нисколько не сомневался, что сможет спокойно работать дальше.