— Ну, я за этим и пришла, — соврала я. — Хотела занести карту памяти и сказать вам, что ухожу. Так что… удачи.

— Спасибо, — сказал он. — И мы сделаем для тебя разворот, посвященный памяти Лидии Смолл. Я думаю, Эллиот этого хотела бы.

— Хорошо, — сказала я. — Спасибо.

К обеду на дверце моего шкафчика почти не оставалось пустого места. Я даже видела двоих парней, которые писали на ней, пока я шла по коридору.

Можете себе представить, как быстро они убегали, когда меня заметили.

Кто-то написал: «СЧЕТ ТРУПОВ: 4».

Кто-то добавил; «И СЧЕТ НЕ ЗАКРЫТ».

Лидия, Эшлин, Эллиот и Джаред. Что бы ни говорилось в официальных отчетах, все верили только одному: я хладнокровно убила их одного за другим.

Но хотя бы Кендра очнулась от комы. И она не помнила ничего о нашем разговоре в лесу. Так что мой счет трупов не изменился на цифру пять.

Видишь? Можно быть убийцей и оптимистом одновременно.

Я взяла нужные учебники и полезла в сумку за книгой, которую закончила читать на уроке английского. Пока я пыталась ее найти, мои пальцы сжались вокруг чего-то маленького и твердого.

Я замерла, затем нащупала дырку в уголке, которую никак не могла зашить. Что-то застряло между внешним слоем ткани и внутренней подкладкой. Я вытащила этот предмет и не поверила своим глазам: в моей руке лежал маленький стеклянный дятел на тонкой золотой цепочке. Я закрыла дверцу шкафчика и застегнула цепочку у себя на шее.

А потом пошла на обед.

Я зашла в столовую в ту же секунду, когда прозвенел звонок.

И, клянусь на могиле Лидии Смолл, все взгляды устремились на меня.

Я понимала, что садиться за стол редакции — не вариант. Но подумала, что у подруг сестры, возможно, найдется для меня место. Или, может, у Детей тьмы? Говорят, что они любят жутких персонажей.

Но куда бы я ни глянула, все столики были странным образом заняты.

Или не совсем заняты…

Просто не было свободных мест. На пустых стульях лежали горы сумок и курток.