Тетя Эмма чересчур сильно гремела посудой на кухне в попытках отогнать от себя вчерашний разговор. Она окидывала взглядом стулья и стол, с диким желанием выбросить их на улицу. Словно именно они были виновниками вчерашнего разговора. Но мебель была ни при чем, и Эмма прекрасно это понимала. Но настроение у нее было плохое: слова Элеоноры снились всю ночь. Но, в отличие от Норы, она спала. Пускай и плохо. Ей казалось, что ночью кто-то ходил по квартире и включал воду в ванной. Эмма списала это все на соседей.
Пока Эмма готовила завтрак, Нора успела умыться и одеться. Не изменяя собственному стилю, натянула темно-синюю толстовку, черные джинсы и ветровку. Закинув в рюкзак одну тетрадь, девушка направилась в прихожую. Она решила игнорировать Эмму и ее приготовленный завтрак, а тетя и не спешила звать племянницу ко столу. Натянув черные кеды, Нора бросила презрительный взгляд на кухню и скрылась за входной дверью.
Дорога была как в тумане. Нора все еще боялась, что находится во сне. Она прислушивалась к голосам мимо проходящих людей, ловила ладошками капли дождя, вдыхала запах мокрого асфальта. Все вокруг казалось нереальным. Надуманным. В белой дымке и бликах. Нора часто моргала, борясь с этим странным эффектом.
В школу она вошла со звонком. Взбежала по лестнице на второй этаж и свернула в правое крыло, направляясь в кабинет математики. Распахнув дверь, она бросила безразличный взгляд на учителя и двинулась к своей парте. Свободной парте.