На часах восемь вечера. Слишком рано для сна. Падаю в кровать, выуживая из кармана телефон. Внезапно захотелось написать Одилии. А еще лучше с ней поговорить. Оказывается, это так глупо – привязываться к человеку. Я отбрасываю эту мысль. Если я привяжусь к ней, значит, она привяжется ко мне, а в моей ситуации это лишнее. Не хочу, чтобы она страдала. Она единственный человек, который смог услышать меня и понять.
На часах восемь вечера. Слишком рано для сна. Падаю в кровать, выуживая из кармана телефон. Внезапно захотелось написать Одилии. А еще лучше с ней поговорить. Оказывается, это так глупо – привязываться к человеку. Я отбрасываю эту мысль. Если я привяжусь к ней, значит, она привяжется ко мне, а в моей ситуации это лишнее. Не хочу, чтобы она страдала. Она единственный человек, который смог услышать меня и понять.
Я всегда знала, что социальные сети – убийцы времени. По ощущениям, я зашла пару минут назад, а на деле прошло два часа. Десять вечера. Нормальные люди уже взбивают себе подушки и кутаются в одеяло. Сегодня и я буду такой, но для начала выпью одну таблетку.
Я всегда знала, что социальные сети – убийцы времени. По ощущениям, я зашла пару минут назад, а на деле прошло два часа. Десять вечера. Нормальные люди уже взбивают себе подушки и кутаются в одеяло. Сегодня и я буду такой, но для начала выпью одну таблетку.
Прежде чем лечь в кровать, открываю окно. Ветер мигом наполняет комнату свежим воздухом. Ложусь, но пока без одеяла. Хочу чуть-чуть замерзнуть. Пытаюсь прислушаться к собственным ощущениям, но ничего не чувствую.
Прежде чем лечь в кровать, открываю окно. Ветер мигом наполняет комнату свежим воздухом. Ложусь, но пока без одеяла. Хочу чуть-чуть замерзнуть. Пытаюсь прислушаться к собственным ощущениям, но ничего не чувствую.
Тетя Эмма бродит по квартире. Вероятней всего подкрадывается к моей комнате, подносит свой жалкий кулачек к двери и замирает, не в силах постучать. Она прекрасно знает, что я не прислушаюсь к ее словам. Выгоню и глазом не моргну.
Тетя Эмма бродит по квартире. Вероятней всего подкрадывается к моей комнате, подносит свой жалкий кулачек к двери и замирает, не в силах постучать. Она прекрасно знает, что я не прислушаюсь к ее словам. Выгоню и глазом не моргну.
Холодно так, что я все-таки залезаю под одеяло. Все еще не понимаю: хочу спать или нет. Ладно, нужно отпустить все мысли и погрузиться в процесс. Закрываю глаза, представляю, как веки начинают тяжелеть, как проваливаюсь в черную бездну, как…
Холодно так, что я все-таки залезаю под одеяло. Все еще не понимаю: хочу спать или нет. Ладно, нужно отпустить все мысли и погрузиться в процесс. Закрываю глаза, представляю, как веки начинают тяжелеть, как проваливаюсь в черную бездну, как…