Гитарист вальяжно двинулся к своему месту, лениво опустился на пол и непринужденно достал гитару из футляра. На губах легкая улыбка, а в медовых глаза загорелись огоньки. Он доволен собой и своим поступком, но еще больше он доволен реакцией Уайлли.

Так происходило на протяжении нескольких недель. Гитарист спускался в метро, кидал мне деньги, а после играл свои песни. Я пыталась отодвинуть вспыхнувшие чувства на второй план и внимательно следить за Уайлли. Мне так хотелось влезть в ее мысли и хорошенько покопаться. Что она сейчас чувствует? О чем думает? О чем мечтает?

Я бы хотела, чтобы она отвлеклась на этого гитариста. Ей не по силам все эти проблемы. Пусть оставит их родителям, до наступления совершеннолетия. Ведь было очевидно, что в этом возрасте не покрыть все долги отца. Но во второй жизни мне была присуща упорность.

В один из дней гитарист сел возле меня. Боже, как же мы здорово смотрелись вместе: он, словно участник рок-группы, и я, нераспустившийся бутон розы. Я залипла на них, упуская нить разговор.

– Спасибо, – шепнула Уайлли.

– Ты учишься в школе?

– Как узнал?

– Как-то приходил утром, а тебя не было. Я Джеймс, кстати.

– Уайлли.