В одном из воспоминаний, Уайлли вертелась на крохотной кухне Джеймса. Разложив еду по тарелкам, она выключила закипевший чайник, а после разлила кипяток по кружкам. Уайлли резко остановилась и прислушалась к шуму из комнаты. Джеймс сидел на диване и смотрел телевизор. Убедившись, что он не обращает на нее внимания, Уайлли достала из заднего кармана таблетку и бросила ее в чай. Черт. Черт, черт, черт. Я даже не успела обдумать эту мысль. Чертов Бен.
Воспоминание повторилось. Еще и еще. Сколько раз она это провернула, чтобы Джеймс предложил сам употреблять? Не так много. Жаль, что Голос не показывал мне дату. Хотя, может и показывал, но я не обращала внимание.
Воспоминание повторилось. Еще и еще. Сколько раз она это провернула, чтобы Джеймс предложил сам употреблять? Не так много. Жаль, что Голос не показывал мне дату. Хотя, может и показывал, но я не обращала внимание.
И снова квартира Бена. И снова Уайлли там без Джеймса.
И снова квартира Бена. И снова Уайлли там без Джеймса.
– Как дела? – лениво спросил Бен, плюхаясь на диван.
Как дела?
лениво спросил Бен, плюхаясь на диван.
– Джеймс не против.
Джеймс не против.
– И как же ты смогла его убедить, малышка? – теперь он заинтересовался в этом разговоре.
И как же ты смогла его убедить, малышка?
теперь он заинтересовался в этом разговоре.
– Я готова к первому заказу.
Я готова к первому заказу.
– Раз готова, то держи, – Джеймс вытащил из сумки маленькие полиэтиленовые пакетики и визитку, и передал Уайлли. – На одной стороне адрес, на другой стороне прайс. Потеряешь – заплатишь из своего кармана, украдут – из своего кармана, употребишь – сама знаешь.
Раз готова, то держи,
Джеймс вытащил из сумки маленькие полиэтиленовые пакетики и визитку, и передал Уайлли.
На одной стороне адрес, на другой стороне прайс. Потеряешь – заплатишь из своего кармана, украдут – из своего кармана, употребишь – сама знаешь.
– А ты бы не мог дать еще немного мне? В ассортименте.