И все-таки, сложно перестроится с каждой жизнью.
Наконец, Салли появилась в поле зрения. Я направилась за ней и оказалась в столовой. Стол из белого дерева на двенадцать персон, стоял прямо по центру. Несколько ваз с розовыми пионами окутали комнату своим ароматом. На левой стене висел огромный плакат с надписью «С днем рождения, Салли!». И шары. Много-много шаров. Весь пол и потолок усеян ими.
Наконец, Салли появилась в поле зрения. Я направилась за ней и оказалась в столовой. Стол из белого дерева на двенадцать персон, стоял прямо по центру. Несколько ваз с розовыми пионами окутали комнату своим ароматом. На левой стене висел огромный плакат с надписью «С днем рождения, Салли!». И шары. Много-много шаров. Весь пол и потолок усеян ими.
Салли подбежала к маме и, насколько это возможно, спокойно встала рядом с ней. Ева же, в свою очередь, объясняла двум девушкам, как сервировать стол и в какое время выносить блюда.
Салли подбежала к маме и, насколько это возможно, спокойно встала рядом с ней. Ева же, в свою очередь, объясняла двум девушкам, как сервировать стол и в какое время выносить блюда.
– Мам, а когда все придут? – звонкий голос коснулся слуха.
Мам, а когда все придут?
звонкий голос коснулся слуха.
– Через тридцать минут. Твое платье целое? – Ева заботливо осмотрела меня, перебрав пальцами ткань.
Через тридцать минут. Твое платье целое?
Ева заботливо осмотрела меня, перебрав пальцами ткань.
– Мам! – воскликнула я и покрутилась перед ней.
Мам! – воскликнула я и покрутилась перед ней.
– Умница! – Ева поцеловала Салли в щеку.
Умница!
Ева поцеловала Салли в щеку.
Она вырвалась из ее объятий и убежала обратно в коридор.
Она вырвалась из ее объятий и убежала обратно в коридор.
Спустя некоторое время пришли гости. Их немного: пять детей и пять родителей. Мы расположились в столовой, в ожидании закусок. На этом воспоминание закончилось.
Спустя некоторое время пришли гости. Их немного: пять детей и пять родителей. Мы расположились в столовой, в ожидании закусок. На этом воспоминание закончилось.