– Мои любимые! – Арчи вышел из образа, но тут же собрался. – Плотный завтрак полезен для организма. Это я вам как доктор говорю.
Мои любимые!
Арчи вышел из образа, но тут же собрался.
Плотный завтрак полезен для организма. Это я вам как доктор говорю.
Я отвлеклась от их дальнейшего разговора и принялась рассматривать себя. Если бы не длинные волосы, то смело можно было предположить, что двое мальчишек направляются на завтрак: серо-русые волосы спутаны, футболка с изображением робота измялась и в пятнах, коленки разбиты.
Я отвлеклась от их дальнейшего разговора и принялась рассматривать себя. Если бы не длинные волосы, то смело можно было предположить, что двое мальчишек направляются на завтрак: серо-русые волосы спутаны, футболка с изображением робота измялась и в пятнах, коленки разбиты.
Воспоминание сменилось, и мы с Арчи оказались на стадионе. Я стояла на воротах. Ноги были согнутыми, ладошки упирались в коленки, внимательный взгляд устремился к мячу. Арчи разбежался и ударил по мячу. Мимо.
Воспоминание сменилось, и мы с Арчи оказались на стадионе. Я стояла на воротах. Ноги были согнутыми, ладошки упирались в коленки, внимательный взгляд устремился к мячу. Арчи разбежался и ударил по мячу. Мимо.
– На этот раз точно получится! – крикнул он, а Белла в ответ громко засмеялась.
На этот раз точно получится!
крикнул он, а Белла в ответ громко засмеялась.
– Последний раз! Потом ты на ворота.
Последний раз! Потом ты на ворота.
Они продолжали резвиться, пока за ними не пришла рыжеволосая девушка.
Они продолжали резвиться, пока за ними не пришла рыжеволосая девушка.
– Ребекка! – завизжала Белла и бросилась ей в объятия.
Ребекка!
завизжала Белла и бросилась ей в объятия.
– Мам, ну можно мы еще поиграем?
Мам, ну можно мы еще поиграем?