УжасыСемь жизнейстр 427
Светлый фон
И снова череда рисунков. На первом была изображена девушка, сидящая спиной. На ее голове пышный венок из цветов. Сидела она на берегу моря. В небе летали чайки, солнце садилось за горизонт. Такая простая картина, но от нее веяло солью, свежестью и теплом. На второй картине – мастерская. И если я правильно поняла, то это мастерская в новой квартире. Ничего примечательного на первый взгляд, но следы в виде лепестков приковывали внимание. Если приглядеться, то и в окне все заполнено цветами. Выглядело как легкий нарциссизм. Третью картину заполнил уличный шум. Наоми изобразила местные магазинчики, колоритных и тучных продавцов, шкодливых детей, которых еле удерживали мамочки, и цветочный шлейф. Он как ветер следовал за всеми, наполняя своим присутствием. Именно такой Наоми видела себя.

Все последующие картины были схожи между собой: фонтаны, вокруг которых витали цветы, площадь, с рассыпанными лепестками и скучное белое здание. И не успела я рассмотреть его получше, как оно возникло передо мной. Пространство наполнилось звуками: сигналящие водители и людской смех. Я заметила Наоми, что стояла рядом с незнакомым мне мужчиной. Он воодушевленно что-то рассказывал, но слов его понять я не могла.

Все последующие картины были схожи между собой: фонтаны, вокруг которых витали цветы, площадь, с рассыпанными лепестками и скучное белое здание. И не успела я рассмотреть его получше, как оно возникло передо мной. Пространство наполнилось звуками: сигналящие водители и людской смех. Я заметила Наоми, что стояла рядом с незнакомым мне мужчиной. Он воодушевленно что-то рассказывал, но слов его понять я не могла.

Мы вошли внутрь. Оказалось, что это выставочный зал. Мужчина настаивал, чтобы Наоми раз в сезон выставляла здесь свои картины. Его слова звучали крайне убедительно. Он широко махал руками, расписывая толпу и восторженные возгласы. Наоми льстило это внимание, но виду она не подавала. Она блаженно скользила вдоль стен, касаясь пустых рамок.

Мы вошли внутрь. Оказалось, что это выставочный зал. Мужчина настаивал, чтобы Наоми раз в сезон выставляла здесь свои картины. Его слова звучали крайне убедительно. Он широко махал руками, расписывая толпу и восторженные возгласы. Наоми льстило это внимание, но виду она не подавала. Она блаженно скользила вдоль стен, касаясь пустых рамок.

– Я нестабильна, – промолвила Наоми, одарив его быстрым взглядом.

Я нестабильна, промолвила Наоми, одарив его быстрым взглядом.

– Никаких сроков. – Он вскинул ладони и сладко улыбнулся. – В этом вся прелесть. Эта выставка только твоя.