– Я молчу, – пальцем он провел по губам, словно застегнул рот.

– Тогда можно попробовать, Давид.

В следующем воспоминании я оказалась в академии, где и выяснила, что Давид мой преподаватель. Не успела я разобраться в этом фрагменте, как Голос его сменил. Видимо, это значило, что Давид не так сильно повлияет на мою судьбу.

Эта жизнь мне все же нравилась. Она была спокойной и размеренной. Наоми не торопилась, она наслаждалась каждой секундой. Словно сумела впитать в себя все ошибки прошлого. Я понимала, что чем дольше наблюдала за ней, тем больше растворялась в ее умиротворении. Неужели можно расслабиться? Можно не переживать за то, что смерть снова станет мои другом? Это так непривычно.

Учеба и выставки наполнили мою жизнь. В чередующихся фрагментах было мало сути: Наоми возвращалась из академии и закрывалась в мастерской. В этой рутине рождались прекрасные картины. Их набралось так много, что Наоми открыла первую выставку.

Люди. Их было так много, что они стояли на улице. Все хотели увидеть цветочную художницу. Давид с довольным видом приветствовал каждого. Я отвлеклась от него и отправилась на поиски Наоми. Странно, но возле картин ее не было. Я обошла зал несколько раз, но лишь услышала похвалу в свой адрес.