Начались фрагменты, где мы с Эммой наедине. Если взглянуть на жизнь под этим углом, то все выглядело не так уж плохо: я опрятно одета, более-менее сыта, общалась со сверстниками, посещала детские площадки. Чего в этих фрагментах не хватало – так это улыбки на моем лице. Отношения с Эммой довольно напряженные. Элеонору так и тянуло к Джейн.

А вот и полноценное воспоминание. Мы гуляли с Эммой в парке. Она нарядила меня в персиковое платье, завязала два хвоста и украсила их белоснежными бантиками. На ногах гетры в тон бантикам и розовые туфельки. Эмма попросила остановиться возле цветочков. Сделав несколько шагов назад, она достала из сумочки фотоаппарат и щелкнула меня.

– Улыбнись!

– Не хочу! – А характер то у меня в Джейн.

– Пожалуйста, милая, улыбнись. А я куплю тебе сахарную вату!

– Не хочу. Хочу домой, к маме.

Эмма терпеливо вздохнула и закрыла глаза.

– Нора, мы не можем сейчас вернуться домой. У мамы гости.

– Я все равно хочу к маме! – Нора манерно топнула ножкой и сжала кулаки.