– О, Том не мой супруг. Он изредка приезжает и помогает.

– Простите, я просто заметила кольцо.

Моника привычно поправила кольцо на безымянном пальце, но голову не опустила. Она зачем-то продолжала носить его. Несмотря на тяжелый развод. Несмотря на затяжную депрессию. Словно кольцо продолжало напоминать ей о силе, которая помогла пережить те страшные дни.

Глаза заволокло пеленой. В памяти возникли давно забытые воспоминания: бессмысленные разговоры, крики и звонкая пощечина. В тот момент разбилась не только надежда, но и сердце Моники. Тысяча крупиц, которые никто не собирался склеивать. А после оглушающая тишина. Что давила на плечи и уничтожала день ото дня.

Они никогда не должны были быть вместе, но судьба распорядилась иначе. Двадцатилетняя Моника только устроилась в крупный магазин одежды. Для кого-то эта работа могла показаться несерьезной, однако Моника стальной хваткой вцепилась в эту возможность. Социальный пакет, отпуск, стабильный график. Ей казалось, что жизнь начала налаживаться и одно из подтверждений – прекрасный коллега Стэн. Он обучал, помогал разобраться в ассортименте и как правильно складывать футболки. Каждый день встречал с улыбкой, а каждый вторник покупал кофе. Моника боялась идти с ним на свидание, но Стэн смог убедить ее, что дружеский поход в ресторан не обязан перерастать во что-то большее.

Переросло. По пятницам кафе, в субботу кино, а в воскресенье пикник с сыром, виноградом и вином. Вскоре Стэн убедил Монику переехать к нему, а заодно и обручиться. В спешке Моника не разглядела мрачную сторону Стэн – его любовь к алкоголю. С наступлением вечера бутылка пива обязательно была зажата между пальцами.

Чуть позже она сменилась на бокал с виски. Стэн убеждал, что таким образом расслабляется, вот только Моника с каждым днем все меньше в это верила.

Первая пощечина смогла ее убедить, что расслабиться и напиться вовсе не похожие слова. Это был обычный вечер: Стэн валялся на диване, допивая бутылку виски, Моника сидела на кухне. Девушка поймала себя на мысли, что боится. Боится его голоса, шагов, даже вздохов. Через несколько минут пружины под Стэном заскрипели. Шаркая рваными тапочками, он двинулся на кухню.

– Сгоняешь в магазин? Бутылка закончилась.

Моника не ответила.

– Перестань. Всего лишь вторая бутылка, к чему эта драма?

– А завтра еще две и так по новой. Ты спиваешься, Стэн.

Она даже не поняла, что произошло, но в следующую секунду искры посыпались из глаз, а щеку обожгло. Моника вжалась в стену, прижимая к лицу ладонь. Она была не в силах осознать произошедшее. Стэн тоже не понял, как это случилось. Он быстро начал лепетать несвязные слова, то ли просил прощения, то ли обвинял. После вцепился в плечи Моники и не позволял ей сдвинуться с места.