"Закрытый Финал"

I.

I.

- А теперь убедимся, что вы меня правильно поняли, - Ашкан взял театральную паузу для усиления эффекта. Как почти что любой уважающий себя гангстер, он любил подыгрывать, придавать ситуациям драматизма, театральности. И как раз в этот момент пребывал в образе. Эдакого иранского Аль Пачино, буравя пристальным взглядом голову Сэма. – Вы, пара недоумков, взяли у меня пятьдесят тысяч моих кровных, мать их, фунтов, чтобы снять фильм. Десять дней. Помните? Сказали, что на съемки уйдет десять дней. Пара месяцев на монтаж, потом постим его в сеть для платного просмотра, и за несколько недель мое бабло отбивается. Я все верно излагаю?

- Да-да, все так, - Сэм сам не мог поверить, насколько испуганно дрожал его голос. – Нам всего лишь нужно еще чуточку времени, и тогда...

Ашкан влепил Сэму пощечину тыльной стороной ладони. Бедолага был крепко привязан к стулу, на котором сидел, и это было единственной причиной, по которой он не рухнул на пол. Удар был впечатляющей силы, его лицо вспыхнуло, в глазах помутнело.

- Говорить будешь, когда тебе слово дадут, падаль, понял? – предупредил Ашкан. Сэм кивнул, и даже такое легкое движение отдалось в голове новой вспышкой боли.

Ашкан выпрямился. Рост в шесть футов пять дюймов[1]придавал гангстеру внушительности. Он поправил кожаный пиджак, пригладил поло "Бэн Шерман" под ним, словно готовясь к эффектному выходу на сцену, после чего перевел взгляд с Сэма на Джимми, который тоже был привязан скотчем к стулу, стоявшему рядом с его товарищем по несчастью.

- Но вот есть у меня слабость, парни – вы мне нравитесь. Меня радуют ваши проекты. Вы хорошо работаете. И поэтому я сделал вам одолжение. Освободил от выплаты процентов за полгода. Это достаточный срок, чтобы вернуть мне долг в полном объеме. И это с учетом того, что я принимаю на себя риски, что могут поползти разговоры, что я дал слабину, размяк. Хотя я рассматриваю наше с вами дело как своего рода инвестицию. В мою собственную актерскую карьеру. Я не беру с вас проценты – вы выделяете мне приличную роль в фильме; мне кажется, весьма себе щедрое предложение! И вот вчера я со своими людьми заявляюсь, преисполненный готовности зажечь и продемонстрировать во всей красе свои таланты, и что же я вижу? Не напомнишь мне, Фаршад?

- Голяк. Если не считать этих двух унылых одиноких пизденышей, у которых ничего для тебя нет, - резюмировал широкоплечий коротышка с густой бородой, стоявший за спинами Сэма и Джимми.

- Точно! – согласился Ашкан. – Именно "голяк"! Я, блин, думал, что заявлюсь, а там осветительные установки, камеры, софиты и вся прочая киношная херня. А оказалось, что меня просто цинично кинули, развели, как последнего лошару. Ни оборудования, ни сценария, ни актеров, просто два ленивых пиздюка на пустом складе. Это мне обошлось в пятьдесят штук. Я все верно излагаю?