— Если вы будете молчать, вы обидите меня и докажете тем, что все правда, что говорили мне о вас.

— Ах, боже мой, да что же я буду вам говорить? — с досадою проговорила Феклуша.

— Отвечать на все, о чем я вас спрашиваю, — с суровостью наставника сказал я. — Вы молоды, недурны собой. К чему вам торопиться искать жениха?

— Какого жениха? — тревожно спросила Феклуша.

— Ну полноте! Я все знаю. Иван Андреич хотел жениться на вас и, верно бы, женился, если бы…

— Я знаю, что все соседи говорят о нас! — с подавленным вздохом прервала меня моя слушательница.

— Если знаете, то вам надо быть как можно осторожнее. Не оставаться одной, вот как теперь я с вами.

Мои слова, кажется, произвели сильный эффект, потому что я слышал ускоренное дыхание Феклуши.

— Может быть, вы уже были бы женой Ивана Андреича, а теперь приобрели в нем себе врага.

— Я ему ничего не сделала! — произнесла торопливо Феклуша.

— Как ничего! Нет, вы много можете сделать вреда человеку. Вы настолько хороши собой, что даже порядочного человека можете заставить сделать низкий поступок. Сознайтесь, — вы очень хорошо знаете всю силу вашей красоты?

Феклуша молчала. Я старался разглядеть ее лицо, но было слишком темно; вдруг мне с чего-то показалось, что сдержанный смех вырвался из ее груди. Я обиделся, потому что рассчитывал на другое впечатление.

— Говорите откровенно, — не правда ли, вы рассчитывали меня завлечь, и вам удалось бы совершенно, если бы…

Я был прерван воплем, вырвавшимся из груди Феклуши, которая, закрыв лицо, вскочила и убежала от меня.

Я остался как дурак один, не зная, что мне делать. Вопль был так естествен… Но, может быть, это была досада, что я угадал и разрушил все планы и надежды ее? Я просидел долго на террасе, поджидая возвращения Феклуши, однако она не являлась, и я, недовольный своей ролью, побрел в назначенную для меня комнату. Через несколько минут явилась ко мне Федосья с двумя кружками; в одной был квас, в другой — вода. Поставив их на стол, она не двигалась с места и глядела на меня так свирепо, что я с досадою ей сказал:

— Мне больше ничего не надо.

Федосья, заминаясь, грубо пробормотала:

— Барышня…

Я догадался, что передо мной стоит поверенная Феклуши.

— Ну что твоя барышня?