Шанталь засмеялась.

— Я уже в третий или четвертый раз слышу от вас «по возможности». Любимое ваше выражение, да?

— Да как-то не задумывался.

— По возможности, — задумчиво повторила Шанталь. — Наверно, это очень приятно, когда есть такая возможность — помогать другим. Да еще не одному-двум, а многим.

Кент качнул головой:

— Не очень-то много стоит такая помощь… Ведь это же всего-навсего работа.

Шанталь показалось, что сказал он это с горечью, и внимательно посмотрела на него.

— Вы не правы. Разве в конечном итоге мы судим о человеке не по тому, что и сколько он сделал?

— Вы в самом деле так думаете?

— А вы нет?

Он усмехнулся.

— Вы полагаете, что для меня это естественно — так думать. Потому что из рассказов Сергея и моих научных титулов следует, что работа, дело для меня краеугольный камень всей жизни. Возможно, это и в самом деле так… — Кент помолчал. — В теории даже заядлые бездельники не прочь порассуждать о том, что в первую очередь надо дело делать, — вспомните хотя бы чеховского профессора Серебрякова. Но на практике все это выглядит несколько иначе. В жизни мы ценим прежде всего людей обаятельных, остроумных, легких и приятных в общении, ценим прежде всего за то внимание, которое они проявляют к нам, а не за их трудовые подвиги, до которых нам чаще всего нет никакого дела… Каждый ищет в другом человеке прежде всего собеседника, слушателя, готового откликнуться на его мысли, настроения. А деловые люди, как правило, невыносимо скучны, они безнадежные эгоисты, занятые прежде всего своими делами и заботами… А впрочем, — Кент мельком взглянул на нее, — что это я принялся читать вам лекцию на такую популярную тему? Вы все это и сами знаете. Вспомните, что в любой компании, — хотя бы в той, где мы были позавчера, — успехом пользуются не «умники» вроде меня, а люди совсем другого сорта — те, кто умеют петь, балагурить, ну, и прочее в том же духе.

— Вы преувеличиваете. Об этих весельчаках тут же забываешь, как только расстаешься с ними.

— Ну, это я так, к примеру. Но вот сейчас вы все сами испытаете на себе.

— Что именно?

— А то, что мы придем в отдел, и я приставлю к вам какого-нибудь человека, который покажет вам машины и всю нашу бижутерию. Вы будете слушать, смотреть, все вам покажется интересным, и все-таки где-то в глубине души вы обидитесь на меня, что не я вам показываю и рассказываю. А я бы и рад сам все показать вам, да нельзя, дел слишком много, меня ждут уже по меньшей мере человек десять.

Шанталь улыбнулась.

— И не подумаю обидеться.

— Да? — Кент скептически оглядел ее. — Что ж, тем лучше…