Бывало, таких сопляков, вроде его Федьки, на шхуны матросами не допускали, а тут капитаном поставили. Раззява, как есть раззява! За такое дело драть надо как сидорову козу! Андрон распалялся все больше и больше, глядя на судно, которое сносило к берегу.

Отдать бы сейчас второй якорь, может, еще удержится. А то машину завести, чтобы ход был против ветра… Голову ведь с тебя снимут, Федор, за такое судно! Сколько в него труда вложено рыбацкого!.. Твоей головой здесь не расплатиться: не сто́ит она этой посудины. Судно подороже, чем отцовская снасть.

Резко затабанив веслом, Андрон повернул тяжелый карбас и отворотил прочь от спасительного устья реки, к мотоботу.

Косые волны хлестали карбас, обдавая Андрона с ног до головы холодными брызгами. Отплевываясь от соленой воды, капавшей с усов, Андрон сильными рывками гнал карбас, вкладывая в каждый гребок остатки сил. Ватник промок. Ветер продувал насквозь, схватывая тело ледяными клещами. Раза два карбас черпнул бортом. На дне плескалась грязная вода.

На секунду оставив весла, Андрон ударом топора выбил мачту из гнезда. Хлопнув парусом, она улетела в море и опустилась на волны. Андрон подумал, что теперь и парус ему тоже придется справлять новый.

До мотобота оставалось недалеко. Прикинув расстояние, Андрон решил, что надо торопиться, иначе мотобот вынесет с якорной стоянки. Тогда уже и второй якорь не поможет.

Андрон развернул карбас бортом к волнам и еще сильнее налег на весла. Теперь каждая волна прибавляла воду на дне карбаса. Андрон понимал, что идет на риск: или он успеет добраться до мотобота, или карбас зальет. Тогда уже Андрон не выберется на берег. Если он будет держать против волны, то мотобот пропадет.

Вода в карбасе дошла до половины и с каждой минутой прибывала все больше и больше. Карбас терял плавучесть, глубоко проваливался между волнами и с трудом вылезал на их гребни, словно на него наваливалась усталость, покорность судьбе. Так, как бывает с человеком, когда у него не остается сил, чтобы сопротивляться.

Метрах в пяти от мотобота карбас завалился боком на волну и не мог подняться. Зеленая волна хлестнула через борт широким потоком и мгновенно залила его до краев. Котомка с харчами, анкерок с питьевой водой и запасное весло поплыли по волнам.

Конец… Андрон перекрестился широким двуперстным крестом, по привычке попросил милости у бога и, ухватив весло, свалился в мешанину волн. Они бросили его вместе с затопленным карбасом к мотоботу.

Как Андрон уберегся от удара о борт, почему его не раздавило тяжелым карбасом, он не мог понять. Все смешалось. В глазах поплыли тусклые круги, море встало торчком, вода полезла в нос, холод сковал тело.