Струны памяти

Струны памяти

РОССТАНЬ Повесть

РОССТАНЬ

Повесть

1

Поселок лежит в долине, оцепленный со всех сторон скалами, на вершинах которых и в летнюю пору не стаивает снег. Бывает, жара в долине страшная, некуда от нее деться, а как вскинешь голову да глянешь вверх и — загрустишь, запечалишься… Потому и бытует в этих местах частушка:

Поселок издревле носит имя — Ехэ-Горхон. Слова эти бурятские. В переводе они означают — Большой ручей.

В поселке семь домов-пятистенников. Стоят они друг от друга на приличном отдалении, будто не желают иметь между собой ничего общего. Заплотами бревенчатыми дома отгорожены. Живут в них люди серьезные, немногословные. Лесорубы.

Напротив этих домов, по другую сторону улицы, тянутся бараки. Ютятся в них вербованные, народишко веселый, к здешнему краю непривязанный, поэтому и не прочь при случае кинуть в лицо начальству: «А ты меня не пугай, не пугай, не то я как… Только… и видели…» Есть в бараках и местные. Помыкавшись по чужим весям, они вернулись обратно, истосковавшись по родной земле. Но свои их не принимают, потеряв к ним уважение, да еще и подсмеиваются: «Какой же ты Колонков? Обличьем только счерна. А во всем остальном — бегун-трава, ни кола — ни двора…»

В Ехэ-Горхоне свой магазин смешанный. Тут тебе и сапоги, и валенки, зачастую небольшого размера и оттого неходовые, и мыло, и масло, и прочие промышленные и продовольственные товары. В продавцах ходит крупная безмужняя женщина. В будние дни ее зовут тетей Нюрой, в праздничные — Нюрочкой, а за два дня до получки — Нюркой. Никто не знает ее фамилии. Никто, кроме Ераса Колонкова, у которого тетя Нюра бывает каждую субботу — моет в доме Колонкова полы, стирает… Много ль нужно одинокому в годах мужчине? Да, Ерас Колонков знает настоящую фамилию своей помощницы. И она ему нравится, фамилия. Часто, придя из лесу и растирая онемевшие от усталости ноги, он подолгу глядит на дверь, недоумевая, почему сегодня нет тети Нюры, и смущенно бормочет под нос: «Куда она запропастилась, Турянчикова? Отчего так? Или забыла — нынче же суббота. А я, дурак, вылез из лесу».

В Ехэ-Горхоне и своя школа, одноэтажная, с умными глазинами-окнами, подведенными сверху, где полагается быть наличникам, синеватой краской. Уже второй год учительствует в школе Зиночка Колонкова, строгая, необычной серьезности девушка: профессия обязывает.

Есть еще в поселке конторка, лесопунктовская. В конторке три комнаты. В первой стоит двухтумбовый письменный стол и старый кожаный диван. Она служит кабинетом начальнику лесопункта Мартемьяну Колонкову. Вторая, поменьше, отдана под бухгалтерию. Здесь четыре стола, четыре стула и в служебное время — четыре человека. В тесноте, да не в обиде. И третья — самая маленькая, С утра комната напоминает сборный пункт в райвоенкомате. Стоят лесорубы, прижавшись друг к другу, дожидаются, когда подадут дежурку, ведут разговоры. А потом, когда лесорубы уезжают, тут все стихает.