Эмили деловито сновала по дому, предлагая гостям стаканы с апельсиновым соком. В том числе Вейву в человеческом обличье с причёсанными медно-каштановыми волосами и весёлыми тёмными индейскими глазами – они с Финни держались за руки. Сделав глоток сока, Вейв поморщился и выплюнул его в кадку с декоративной пальмой.

– Как ты узнал, что я в беде? – спросила его Финни.

Вейв в некотором смущении пожал плечами:

– Я всё равно был поблизости – мне рыба одна передала.

Финни потеребила браслет из рыболовной сети:

– Но как ты там оказался? Хотел меня навестить?

– Конечно, к тому же скоро судебное заседание. Я ведь серьёзно отношусь ко всем этим человеческим заморочкам. Мистер Кристалл мне сказал, что всё уже улажено и меня в два счёта оправдают. Это очень океанисто. А ещё благодаря превращениям от меня в китовьем обличье отвалились морские ракушки!

– Рада за тебя, – пробормотала Финни. Судя по всему, её что-то тяготило. – Вейв… Нам надо поговорить. Я не уверена, что готова к отношениям на расстоянии. Мы не сможем часто видеться… Может, нам лучше расстаться?

– Ой, – сказал Вейв. – Но я ведь тебе нравлюсь?

– Ещё как! Но всё же…

Я оставил их выяснять отношения, потому что обнаружил кое-кого ещё: своего брата Стива – мальчика спортивного телосложения с кожей намного темнее моей и в старых мокрых плавках. Он помахал мне, будто это в порядке вещей, что он разгуливает здесь в человеческом обличье, – а ведь последние годы он жил преимущественно в облике тигровой акулы. Я страшно обрадовался:

– А ты что здесь делаешь?

– Слышал, что здесь столько всего произошло… Вот и решил проверить, как ты, – сказал он.

Я был тронут.

– Да ничего, – ответил я, и мы неловко обнялись.

Ко мне подошла Эмили – из неё вышла бы отличная официантка.

– Вот, последний сок! – объявила она, протягивая мне стакан с русалочкой Ариэль и улыбаясь лукавой, как у отца, улыбкой. – Чего бы вы ещё хотели?

– Бургер! – улыбнулся Стив, глядя на неё сверху вниз. – У вас его, случайно, не найдётся?

– Найдётся! – просияла Эмили. – Сейчас принесу. – Через открытую дверь мы удивлённо наблюдали, как она убежала на кухню, достала из морозилки булочку и котлету для бургера, залезла на стул и сунула всё в микроволновку. Потом с клёклыми полусырыми продуктами примчалась обратно: – Вот – приятного аппетита! Жарить на сковородке мне пока не разрешают.

– Ничего страшного – большущее спасибо, – поблагодарил её мой брат, с лёгким поклоном взяв у неё тарелку. Он может быть очень галантным, когда захочет.