— То есть ты хочешь отработать данную методику на сравнимом… м-м, объекте? — спросил Терье.

— Все так, учитель, — ответил Конрад. — Кстати, прямо сейчас, я работаю над пациенткой, которая не может понести. Немного хвастовства.

Ронар Терье ответил не сразу.

— Марн… Хех, он, наверное, сейчас просто счастлив? — спросил магистр.

— Ну, вы же его знаете, — усмехнулся Шенфарус. — Он, конечно, порадовался…

— И приступил к следующим исследованиям, — Терье улыбнулся. — Ты жив, пока двигаешься.

— Да, все так, — кивнул Конрад. — Цевитос сейчас работает над…

Шенфарус поглядел по сторонам.

— В основе его текущего интереса, стало утверждение, что все разумные являются одаренными, — пояснил Конрад.

— Вот как? — удивился Терье. — Да, он умеет себе проблему найти.

— К своему стыду, — чуть поморщился Шенфарус. — Именно Марн Цевитос толкнул нас в эту сторону, которую мы сейчас отрабатываем. Я сомневаюсь, что плотно бы занялся этой темой, если бы не Цевитос.

— Ну, Конрад, — заметил Терье. — Тебе уже не тридцать. Ты уже должен понимать, что на самом деле воплощение ничуть не менее важно, чем открытие.

— Знаете, учитель, юный Тайфол, такое ощущение, учился у вас, — хмыкнул Шенфарус. — Кстати, он сейчас здесь. И за то время, пока он здесь, а это всего пять дней, этот молодой, но крайне деятельный разумный, уже успел почти уронить Полог, попасть ко мне с истощением и…

Конрад усмехнулся.

— Оживить эликроны и доспехи эльфов, — добавил Шенфарус.

Терье некоторое время шел молча.

— Что он сделал? — хрипло произнес магистр.

— Ну, я точно не знаю, — произнес Конрад. — Мне так сказала Эвиэн. Но вот уже несколько дней хранители мэллорнов и вообще куча народа бегают так, словно Волна скоро, причем прямо здесь.

— А как он это сделал? — все еще хриплым голосом спросил магистр.

— Учитель, я почти не выхожу из лаборатории, — ответил Шенфарус. — Поверьте, этот юноша и мне успел накинуть работы. Такое ощущение, что Аринэль только и думает о том, как бы всех поставить в тупик и лишить сна.