Хэнк не успел нажать на тормоз. «Вольво» пробил ограждение и спикировал в воду. Логан не убрал ногу с газа, он ведь никогда никому не уступал. Наша машина нырнула в озеро вслед за «Вольво».

Я ударилась лбом о приборную панель, но очнулась, когда в машину хлынула ледяная вода. Я почти ничего не видела, только Логана, который опустил стекло и вылез из машины.

Я почувствовала резкую боль. Дотронулась до лба – на ладони кровь. Обернулась и увидела Райана, пристегнутого ремнем на заднем сиденье, застывшего от страха. Вода уже поднялась до уровня его носа. Я отстегнула свой ремень безопасности и сделала последний вдох. Подплыв к заднему сиденью, отстегнула Райана – он начал паниковать, когда его голова скрылась под водой.

Я перекинула руку Райана через плечо, открыла заднюю дверцу, вытянула его из машины и держала, пока мы не выплыли на поверхность.

Мы добрались до каменистого берега. Райан кашлял и хрипел. Я упала на спину и посмотрела вверх. Помню небо и тысячи звезд. А потом все почернело.

* * *

Очнулась я в больнице. Медсестра сказала, что у меня сотрясение мозга. Еще сутки меня держали под наблюдением. Моя мать сидела у койки, но отказывалась смотреть мне в глаза. Когда я спросила ее, что случилось, она ответила, что наша машина лежит в озере Мозес, и ушла пить кофе.

Врач сообщил мне, что у Райана еще присутствует жидкость в легких, а у Логана легкая гипотермия. Братья должны были выписаться в ближайшие день или два.

Ко мне в палату, помимо матери и врачей, заходили только два детектива. Имен не помню. Мужчина и женщина. Я спросила их, что с Хэнком и Мелиндой. Женщина-офицер сказала, что они погибли. Сообщила холодно и безучастно. Мужчина велел мне никуда не уезжать, что показалось мне странным, ведь я лежала в больнице.

Я проплакала целый час. Никто не пытался меня утешать. Тогда я не обратила на это внимания.

Телефонные звонки и преследование в интернете начались вскоре после того, как я вернулась домой. Я чувствовала себя призраком. Мать едва могла смотреть на меня и почти всегда молчала. Приходили те детективы, чтобы взять у меня показания, настойчиво спрашивали, уверена ли я, что все было именно так. Мама вышла покурить. Я рассказала все, что вспомнила. Полицейские кивали, делали пометки и повторяли, что мне нельзя никуда уезжать. Я все гадала, куда, по их мнению, я должна была ехать.

Эллен, с которой мы вместе ходили на математику, прислала мне сообщение: Зачем ты это сделала?

Джон, с ним ходили на английский: Надеюсь, тебя приговорят к смерти.