Итак, причина, по которой банк оказывал, как утверждают, в течение последних 20 лет такую большую помощь торговле, снабжая купцов деньгами, заключается в том, что в продолжение всего этого периода он ссужал деньгами ниже рыночного уровня процента, ниже уровня, по какому купцы могли бы занимать в другом месте; но я признаюсь, что это кажется мне скорее возражением против учреждения банка, нежели аргументом в его пользу.

Что сказали бы мы об учреждении, которое правильно снабжало бы суконных фабрикантов шерстью ниже рыночной цены? Какую пользу принесло бы это обществу? Это не расширило бы торговли его, потому что шерсть была бы куплена одинаково и по рыночной цене. Это не понизило бы цены сукна для потребителя, потому что цена, как я уже говорил, регулировалась бы издержками производства его для тех, кто поставлен в наименее благоприятное положение. Итак, единственным действием этого было бы увеличение прибыли одной части суконных фабрикантов сверх общего и обыкновенного уровня прибыли. Учреждение лишилось бы части своей высокой прибыли, и ею воспользовалась бы в такой же степени другая часть общества. Таково именно действие наших банковых учреждений; уровень процента устанавливается законом ниже того, по которому деньги могут заниматься на рынке, и от банка требуется, чтобы он или ссужал по такому уровню или не ссужал бы вовсе. По самой своей природе учреждения этого рода владеют значительными фондами, которыми могут располагать только таким способом, и часть купцов страны получают несправедливый и невыгодный для страны барыш, приобретая возможность снабжать себя орудием торговли за меньшую плату, нежели те, кто принужден находиться под влиянием одной только рыночной цены.

Вся сумма дел, которую может выполнить целое общество, зависит от количества его капитала, т. е. сырого материала, машин, пищи, посуды и т. д., употребленных в производстве. Раз установлено хорошо регулированное бумажное обращение, банковые операции не могут ни увеличить, ни уменьшить его. Итак, если бы бумажные деньги страны выпускались государством, то хотя бы оно ни разу не учло ни одного векселя и не отдало бы публике взаймы ни одного шиллинга, в размерах промышленности не произошло бы никакого изменения, ибо мы располагали бы одинаковым количеством сырого материала, машин, пищи и кораблей и, сверх того, вероятно, отдавалось бы взаймы одинаковое количество денег, не всегда, конечно, по установленному законом уровню 5 %, потому что такой уровень мог бы быть иногда ниже рыночного, но по 6, 7 или 8 %, смотря по результатам правильного соперничества на рынке между теми, кто ищет денег, и теми, кто предлагает их.