Ад. Смит говорит о выгодах, извлекаемых купцами из превосходства шотландского способа приспособляться к удобствам промышленности посредством текущих счетов перед английским. Эти текущие счеты предоставляют кредит, открываемый шотландскими банкирами своим клиентам в придачу к векселям, которые учитываются ими для последних; но так как отдача денег взаймы и выпуск их в обращение одним путем препятствуют банкиру выпустить такое же количество другим путем, то трудно понять, в чем состоит выгода. Если все обращение требует только одного миллиона бумаги, то один только миллион и будет обращаться, и как для банкира, так и для торговца не будем представлять никакой действительной важности, все ли количество будет выпущено в виде учета векселей или часть будет выпущена таким образом, остаток же в виде текущего счета.

Быть может, следовало бы сказать несколько слов по вопросу о двух металлах – золоте и серебре, – употребляемых в качестве орудия обращения, тем более что, по мнению многих, вопрос этот затемняет простые и ясные законы обращения.

«В Англии, – говорит Ад. Смит, – золото не было принимаемо в качестве законного орудия платежа в течение продолжительного времени после того, как из него стала чеканиться монета. Отношение между ценностями золотой и серебряной монеты не было установлено никаким государственным законом или актом, но предоставлялось установлению на рынке. Если должник предлагал уплату долга золотом, то кредитор мог или вовсе отказаться от подобной уплаты, или принять ее по такой оценке золота, относительно которой они с должником могли прийти к соглашению».

«В Англии, – говорит Ад. Смит, – золото не было принимаемо в качестве законного орудия платежа в течение продолжительного времени после того, как из него стала чеканиться монета. Отношение между ценностями золотой и серебряной монеты не было установлено никаким государственным законом или актом, но предоставлялось установлению на рынке. Если должник предлагал уплату долга золотом, то кредитор мог или вовсе отказаться от подобной уплаты, или принять ее по такой оценке золота, относительно которой они с должником могли прийти к соглашению».

При таком положении вещей очевидно, что гинея может иногда сойти за 22 шилл. или более, иногда же за 18 или менее, находясь в зависимости единственно от изменений в относительной рыночной ценности золота и серебра. Сверх того, все колебания в ценности золота, точно так же как и в ценности серебра, определялись бы золотой монетой; казалось бы, что серебро не подвергается вовсе изменениям, а возвышается и падает одно только золото. Так, хотя бы гинея шла за 22 шилл. вместо 18, золото могло бы не изменяться в ценности; колебание могло бы всецело ограничиться одним серебром, и, след., 22 шилл. имели бы не больше ценности, чем прежде 18. И, наоборот, все изменение могло относиться только к золоту; гинея, которая имела ценность 18 шилл., могла бы подняться до ценности 22 шилл.