— А чего это мы с тобой, старик, так давно не виделись? — обратился к Марату Васильевичу Курилов.

И Марат Васильевич заметил, как остолбенело посмотрел на него при этих словах зам по снабжению. Не ожидал. Не ожидал, что у главного такие связи. «Вот знай наших!» — все так же лениво усмехнулся про себя Чичагин, польщенный, однако, тем, что Курилов признал его своим.

Из сауны поехали на машине Курилова, он довез Чичагина почти до дома.

— Извини, старик, что не до самых дверей. Я тут, понимаешь, здорово запаздываю в одно местечко, — сказал Левка Марату и захохотал, уверенный, что его поняли.

После вечера в сауне Чичагин заметил, что все директорские замы относятся к нему не то потеплее, не то подобострастнее, — в общем, кто как, но явно иначе, чем прежде.

«Сослужил службу Курилов», — подумал Чичагин удовлетворенно: так было проще жить и работать. Проще с замами, но не с самим. Сам на такие «плюхи» не реагировал, разве что отрицательно. Курилов? Ну и что Курилов? — мог бы он сказать, если бы ему, допустим, намекнули. Но никто и намекать не станет: у генерального такие «плюхи» не проходят.

Все это доверительно объяснил Чичагину зам по снабжению. Чичагин и сам уже, впрочем, понял, что генеральный — человек своеобразный, непонятно, как к нему и подъехать.

— Ни на какой кобыле, — продолжал развивать свою мысль зам по снабжению. — Он абсолютно неконтактен, всякую ерунду считает нарушением, чуть ли не обманом.

Чичагин прервал зама.

— А интересно, в сауне вашей он был хоть раз?

— Генеральный? Да вы что! Он даже не знает, где она находится. Ему, когда строили, объяснили, что это нужно для спортсменов.

— Ну и он принял?

— Принял, конечно. Для спортсменов-то.

На другое утро в кабинете Чичагина зазвонил телефон.

— Марат Васильевич! Добрый день! Я хотела бы к тебе зайти.

— Ольга! — обрадовался Чичагин.

— Узнал? — засмеялась секретарь парткома.

— Да как тебя не узнать? — ответил Чичагин. — Вернулась, значит?

— Сейчас приду. Мне все равно в ваше здание.