— Как тебе не стыдно, Кузьма. Да вот твой самый лучший очерк, — шутила Любовь Андреевна, обнимая Таню.
Валерьян Александрович, напустил было на себя, строгий вид, но до конца не сумел выдержать роль сурового редактора:
— Так и быть, задание, буду считать выполненным.
Глава-эпилог Письма, письма
Письма, письма
Никола: «Здорово, Кузьма! Ты что же это редко показываешься в нашем Юрове? Смотри, я засек: с тех пор, как увез свою королеву. Думаешь, это по-землячески? Ну, да ладно, знаю, что дел у тебя теперь по завязку — и учеба, и работа, и семейные заботы. Читаем твои очерки. Ничего, складно. Хорошо, что доброе слово находится у тебя о колхозниках. Заслуживают они этого.
Никола:Скажу, к примеру, о наших делах. Достроили электростанцию и увидели такое чудо, которое раньше даже не снилось. Люди еще крепче сцементировались, закалились. Поглядел бы ты, как мы нынче убирали урожай. Все до выгреба вышли на поля. Девчонки с песнями. Из РИКа сообщили, что ожидается ненастье, так, понимаешь, дня уже не хватало, потемок прихватывали. И ведь все, даже старики. Домой шли, когда в деревне Ильичевы лампочки загорались. В первый день Фролов тоже все работали, иные с гостями. И что ты скажешь? Управились до ненастья.
А теперь давай хоть заочно почеломкаемся. Помнишь, зимой я поздравлял тебя с вступлением в партию. Сейчас можешь меня поздравить с тем же. И Нюрку, и Галинку — почти всех наших первых комсомольцев и комсомолок. Писала ли тебе Петровна? Она тоже подумывает подать заявление. А Степанида, вступившая в партию еще в позапрошлом году, стала секретарем партячейки. По-прежнему и бригадирит. Знай наших!
А приехать тебе в Юрово все же придется, и в самое ближайшее время. На нашу свадьбу. Приезжай поздравить меня с Нюрой. Как однокашников по ячейке.
Сообщаю еще одну новость. Знаешь, кем меня нарекли? Председателем здешнего сельсовета. Да, Советская власть на селе! Ты не шути. Когда приедешь в Юрово, допрежь всего придется предстать тебе перед главой сельсовета!
Но кузницу не забываю. Утром часик-другой стою у наковальни. Кто родился у железа, тот с ним не расстанется.
Ваши сказывали, что ты целый месяц пробыл в столице по своей учебе. Хочу спросить тебя, что слышно там об угрозах из-за коричневой границы. Из газет видно, как беснуются фашисты, как вооружаются. Может, пора и мне ковать не только плуги, а и кое-что повнушительнее? Напиши обо всем, Кузьма.
А пока до свидания.
Будь здоров. Привет Тане. Рад, что она поправилась и снова при деле.
По-кузнецки жму руку — Никола».