— Да ты не хлопочи, мы на минутку.

— Вы хоть не прикасайтесь, а должен я гостей приветить или нет? Он нам в руки дался без мозолей, и проводим его весело, чтоб не обижался.

Примолкший парень с гармонией громко икнул. Он едва сидел, ноги разъезжались, ежеминутно сдвигал колени, чтобы не уронить двухрядку. По сигналу старосты продолжать веселье парень мотнул головой и, встряхнув плечами, заиграл неожиданно верно и четко плясовую «Алданку». Пальцы мчались по ладам сами собой. Лады прищелкивали, поблескивали золотые кольца. С нар сорвался белокурый молодец в клетчатых штанах, в жилете поверх белой рубахи, и пошел мелкой дробью по половицам, сосредоточенно вглядываясь в свои мелькающие ноги; выпрямился, плавным жестом убрал вихор со лба и надвигался все ближе на Лидию. Лидия не сводила глаз с его ног. И когда плясун отошел настолько, чтобы выйти ему навстречу — тряхнула головой. Повскакали с мест, чтобы лучше видеть ее пляску. Она шла на белокурого молодца, он отступал вприсядку боком, выметывая ногу в ее сторону, словлю отбиваясь. Она повернулась от него и с платочком в поднятой руке закружилась, как вихрь на дороге. Барак грянул «браво». А она уже стояла неподвижно с опущенными вдоль тела руками. Только грудь поднималась и опускалась. К Лидии теснились, чтобы рассмотреть поближе, как диковинку, и, кажется, готовы были потрогать пальцем. Она вызывающе смотрела на Мишку.

— А ну-ка, дружок, смени товарища!

Это была явная провокация. Мишка не собирался плясать. Лидия стояла и ждала. Гармонист с особым чувством ударил по ладам. Все набирал и набирал скорость и вдруг, оборвав на мгновенье, повернулся лицом к Мишке и начал сначала.

Мишка еще сидел, но уже по плечам видно было — не усидит. Лидия подбоченилась. И Мишка в самом деле не выдержал, неуклюже и мягко прыгнул на середину пола. Прошелся, притопывая подошвой, и вызывающе повернулся к партнерше. Началось состязание в новых номерах, коленах, в чистоте исполнения. С затаенным вниманием все ждали развязки. Лидия вдруг крикнула и пошла в такую присядку, какой никто из присутствующих не ожидал никогда от «женотделки», как ее называли в поселке. Рука держала юбку, чтобы не показать белье, но это не мешало ему сверкать и метаться белыми огоньками. Она шла на Мишку, подвигаясь по вершочку, несмотря на частый бег мелькающих ног. Мишка отступал гигантским шагом. Контраст мельчайшей присядки с крупным размашистым плясом был тонко рассчитан. Плясунья взвилась вверх, волчком дошла до своего места и села как ни в чем не бывало. Не успели зрители опомниться от восторга — Мишка грохнулся навзничь на пол и оборвал крики одобрения. И как это случилось — никто не понял, — он уже стоял перед своей дамой и потешно раскланивался.