Бывало, они даже сомневались, тот ли я, за кого себя выдаю.

– Так это вас прислали проверяющим?

– Вы Эдди Доусон?

– Точно.

– А я Марч. Это со мной вы говорили по телефону.

– С вами?

И я понимал, что он ожидал увидеть какого-нибудь тертого, с ввалившимися щеками труженика забоя, ветерана нефтяных скважин или застрельщика бунтующих текстильщиков Нью-Джерси. Не повредил бы и болезненный вид уполномоченного со следами его пребывания в застенках Паттерсона.

– Не беспокойтесь. Вы можете мне довериться.

Тогда он шел на попятный и говорил, что введен в заблуждение моим голосом по телефону. Хорошо уже то, что я могу передать сведения кому-нибудь из вышестоящего начальства, а уж там позаботятся о том, чтобы поднести спичку к заготовленному а-ля Гай Фокс пороху, уже припрятанному в подвалах отеля «Дрейк» или «Палмер-хаус». Так и быть: он готов передать через меня по инстанциям все необходимое, чтобы заварить кашу.

– Но, по-моему, все-таки должен прийти ваш главный.

– Вы имеете в виду мистера Эки?

– Скажите ему, что я могу всех собрать и организовать, но, прежде чем начинать забастовку, мы хотим переговорить с ним. Так будет вернее.

– Почему вам кажется, что придется бастовать? Может быть, ваши требования удовлетворят?

– Да вы хоть знаете, кто заправляет всем в нашем клоповнике?

– Возможно, какой-нибудь банк? Обычно мелкие предприятия…

– Есть такая «Холлоуэй энтерпрайзис»…

– Карас?

– Так вы с ним знакомы?

– Да, случайно. Я работал у одного страховщика, некоего Эйнхорна, так это его родственник по жене.

– Здесь у нас все пляшут под его дудку. Знаете, что тут устроили? Форменный бордель!