На его счастье, оказалось, что за этой сценой невольно наблюдал один солдат, который смотрел в это время в окно с третьего этажа, где находилась ленинская комната. Увидев тонущего человека, он стремительно с криком побежал вниз.

Алексея вытащили из бассейна, положили на ту самую теплую бетонную плиту, где он загорал, и стали откачивать.

В несколько минут у бассейна собралось много народу.

Откачивали Алексея минут десять. Когда он открыл глаза и увидел целую толпу солдат, ему стало не по себе, но уже не от удушья, а от конфуза.

Спасший Алексея солдат был коренастый крепыш Борис Матвеев, отслуживший в армии уже два года. Он каждый день приходил к Алексею в госпиталь, справлялся о здоровье и даже принес лимон к чаю. Хотя Алексей и без лимона чувствовал себя превосходно, он принял подарок с благодарностью.

После всей этой истории ребята крепко подружились.

Оказалось, что Матвеев был превосходным художником, оформлял клубные помещения, писал картины, рисовал плакаты и наглядные пособия. В свободное время Алексей ходил к Борису в большую клубную комнату с высоким окном, которую называли мастерской художника, наблюдал за работой товарища, иногда помогал сколачивать подрамники, мыть кисти.

День у Алексея был предельно уплотнен. Кроме обычных дел, предусмотренных расписанием, он ежедневно ходил в крытый бассейн, учился плавать. После конфузной истории, прославившей его на весь гарнизон, он дал себе слово научиться плавать по-настоящему и теперь очень увлекся этим видом спорта.

Жизнь солдата не замыкалась границами зеленого гарнизонного забора. Кроме классных занятий приходилось нести караульную службу, выезжать на учения. Иногда получали увольнительную. Ходили осматривать город, знакомились с жизнью населения. Первый раз Алексею показалось очень странным находиться на улице чужого города, среди чужих людей, говорящих на непонятном ему языке. Еще более усиливалось это чувство, когда он думал о том, что находится среди немцев, к которым теперь приглядывался с более обостренным вниманием. Каждый раз, когда Алексей думал о том, что находится в Германии, он невольно вспоминал того пленного, которому Шура дала хлеба. Когда заходил в магазин, в парикмахерскую, в трамвай, немцы любезно улыбались, в их обращении всегда чувствовалось дружелюбие. Алексею хотелось поговорить с кем-нибудь из них по душам, узнать, что они думают о жизни.

Первый такой разговор состоялся как-то осенью на полевой дороге у свекловичного поля.

Был дождливый, туманный день. Продрогшие и намокшие солдаты возвращались из леса с учений. Видимость была плохая, машина шла медленно и вдруг совсем остановилась.