— Как я всегда говорю, женатому человеку надо иметь собственное местечко, где он мог бы уединиться и никого не касалось бы, что он там делает. Конечно, у мужчины есть какие-то обязанности перед женой, но чего она не знает, то не может ей повредить, верно? Пока дело обстоит так, никаких скандалов не будет. Вы тоже так считаете?

— Ее здесь нет, — сказал Хорес, — если вы намекаете на это. Для чего вы хотели меня видеть?

Он снова почувствовал, что Сноупс глядит на него беззастенчиво и совершенно неверяще.

— Что ж, я всегда говорю, в частные дела мужчины никто не должен соваться. Я не виню вас. Но когда узнаете меня получше, поймете, что я не болтун. Я побывал во всяких местах. Хотите сигару?

Его большая рука потянулась к нагрудному карману и вынула две сигары.

— Нет, спасибо.

Сноупс закурил, его лицо проступило в свете от спички, словно поставленный на ребро пирог.

— Для чего вы хотели меня видеть? — повторил Хорес.

Сноупс затянулся.

— Пару дней назад у меня появились сведения, которые, если не ошибаюсь, будут представлять для вас цену.

— Цену? Какую?

— Оставлю это на ваше усмотрение. Я мог бы столковаться с другой стороной, но все-таки мы с вами из одного города и все такое прочее.

Мысли Хореса заметались. Семья Сноупса происходила откуда-то из окрестностей Французовой Балки и до сих пор жила там. Он знал о тех окольных путях, какими новости переходят от человека к человеку среди безграмотного народа, населяющего эту часть страны. Но, разумеется, этого он не станет продавать властям, подумал Хорес. Даже он не настолько глуп.

— Тогда скажите, в чем тут дело.

Он чувствовал, что Сноупс глядит на него.

— Помните, вы садились на поезд в Оксфорде, где были по одному де…

— Да, — перебил Хорес.

Сноупс раскуривал сигару долго, старательно. Потом поднял руку и провел по затылку.

— Мы говорили об одной девушке, припоминаете?

— Да. Ну и что?