— Ладно. Завтра утром я буду в городе. Найдете меня где-нибудь. — Потом торопливо произнес: «Алло!» Казалось, тот человек дышит Хоресу прямо в ухо: грубый, безмятежный звук стал внезапно каким-то зловещим.

— Алло! — повторил Хорес.

— Раз так, видно, это вас не интересует. Наверно, я столкуюсь с другой стороной и больше не буду вас тревожить. До свиданья.

— Нет, постойте, — сказал Хорес. — Алло! Алло!

— Да?

— Встретимся, не откладывая в долгий ящик. Я минут через пятнадцать буду…

— Не надо, — сказал Сноупс. — У меня машина. Я заеду к вам.

Хорес вышел к воротам. Ночь была лунной. В серебристо-черном туннеле кедров бессмысленными точками плавали светлячки. Черные, заостряющиеся к небу кедры казались вырезанными из бумаги; пологая лужайка была покрыта легким блеском, патиной, словно серебро. Сквозь гудение насекомых слышался крик козодоя, трепетный, жалобный, однообразный. Проехало три машины. Четвертая замедлила ход и свернула к воротам. За рулем грузно маячил Сноупс, казалось, его посадили в машину до того, как был установлен верх. Он протянул Хоресу руку.

— Как вечерок, судья? Не знал, что вы опять живете в городе, пока не позвонил миссис Сарторис.

— Ничего, спасибо, — ответил Хорес. Высвободил руку. — Чем же вы располагаете?

Сноупс пригнулся к рулю и стал вглядываться в сторону дома.

— Будем говорить здесь, — сказал Хорес. — Это избавит вас от необходимости разворачиваться.

— Здесь нас могут услышать, — сказал Сноупс. — Но это; уж ваше дело.

Огромный и толстый, он горбился, смутно вырисовываясь в потемках, при лунном свете его невыразительное лицо само походило на луну. Хорес ощущал в его взгляде ту же таинственность, что и в разговоре по телефону; какую-то расчетливость, хитрость, многозначительность. Он, казалось, видел, как его собственная мысль мечется туда-сюда, всякий раз ударяясь об эту мягкую, грузную, инертную массу, словно попадая в поток хлопковой мякины.

— Давайте зайдем в дом, — предложил Хорес. Сноупс распахнул дверцу. Вы поезжайте, — сказал Хорес. — Я пойду.

Сноупс тронулся. Когда Хорес подошел, он вылезал из машины.

— Ну, говорите, — сказал Хорес.

Сноупс снова взглянул на дом.

— У вас гости, а?

Хорес промолчал.