Я узнаю о ней все новые факты. Однажды, распаковывая вещи, она показала мне шкатулку, в которой лежал засушенный конский каштан, похожий на маленький коричневый мозг.

— Его дал мне твой отец, — сказала она.

Да, этот подарок не потребовал от него больших затрат, подумала я, но ничего не сказала. Для нее он явно много значил.

В другой раз, просматривая коробку, в которой лежали ее книжки из серии «Народный роман», я нашла папку, полную прокомпостированных листков и закладок, на которых были обозначены годы. Я просмотрела эти листки — это оказались списки книг. Мне стало интересно, почему она хранит их, но тут названия показались мне знакомыми. Это были книги, которые я брала в библиотеке Бэнк Топ. Она заносила в каталог каждую взятую мной книжку.

О некоторых вещах мы не говорим. Она никогда не упоминала имени Кэллума. Только один раз она выразила свое сожаление о том, что я поссорилась со своим бойфрендом. Я не ответила, и разговор прекратился. Что точно можно сказать о моей маме, так это то, что она не вмешивается в чужие дела.

Но все же я не зову ее мамой. Я зову ее Энн. На вопросы окружающих я отвечаю, что она моя подруга. Я не поощряю расспросы, так как боюсь, что меня загонят в угол. Ведь я никому не сказала, что она моя мать, поскольку не вполне уверена, что это действительно так. Нет, я не сомневаюсь, что она дала мне жизнь, но это не одно и то же.

Я получила открытки от Бекс (Я ходила в клуб вчера вечером!!!), от Донны (Увидела ее и подумала о тебе — картинка «Умной кошки» из Letterland, — продолжай делать трубки) и от Мэгги (нас всех миновала простуда, но Дикки проколол ногу гвоздем. Надеюсь, ты носишь свое зимнее пальто).

И ничего от Полл, правда, ей трудно писать. Я не очень расстроена, потому что увижу ее на Рождество, и мы помиримся. Также я ничего не слышала о Кэллуме. Может быть, позвоню ему, когда вернусь, может быть, нет. Может, приглашу его на реалити-шоу «Триша» с темой «Я ненадолго втрескалась в своего лживого братца». На Рождество мы с мамой думаем рассказать все мисс Мегере — Дине, как мне хочется ее называть.

Может быть, мы все соберемся за столом под звуки хлопушек.

Некоторые детали истории моего отца знаю только я, что-то известно одной Полл, а что-то — только и Энн и Джуд. Лишь собравшись все вместе, мы имеем шанс составить целостную картину, и то, возможно, не вполне. Я знаю, что каждый раз, когда я выхожу из дома, Энн поворачивает фотографию моего отца лицом к стене, но снимать ее я не собираюсь.