Итак, подобравшись поближе, он уставился на шахматную доску, на которой царил полнейший хаос, и вмешался в партию, чем привел ее всю в совершенный беспорядок. Впрочем, он не понял расстановки фигур и к тому же был убежден, что от ночного воздуха у него испортится цвет лица. Супруга не оставила ему времени на размышления, подскочив с восклицанием:

— Йезус Мария! — Она торопливо оттолкнула шахматный столик. — Что за шутки, сеньор, — сказала она. — Вы меня ко всему и напугали!

— Будет вам, мадам, — ответил герцог с глубоким поклоном. — А я-то вообразил, что могу неожиданно доставить вам радость.

— Хороша радость, — продолжала она, надув губки, — премного благодарна. К тому же вы нарушили одну из моих лучших партий против графа.

— Уверяю вас, я хотел вам помочь. Но будь я проклят, если фигуры не стояли уже в полном беспорядке!

Граф, смеясь, безо всякого смущения обнял своего друга. Но герцог думал лишь о том, как ему успокоить разгневанную и все еще испуганную супругу, и потому едва ответил на его ласки. После многих просьб и уговоров герцогиня позволила себе смягчиться, хотя все еще щетинилась под поцелуями супруга. Однако вскоре она принялась атаковать герцога своими остротами, потянула за платье, в которое он был наряжен, и после того, как они все вместе провели примерно полчаса шутя и смеясь, взяла свечу и удалилась в спальню.

Друзья пробыли еще некоторое время вдвоем, обдумывая, чем бы им заняться до завтрашнего вечера. Это не представляло затруднений. Граф настаивал на том, чтобы герцог немедленно вернулся на свою виллу, и проводил его часть пути. Так как уже начал брезжить рассвет, он предпочел вернуться домой, нежели снова ехать к своей возлюбленной.

По пути герцог успел рассказать ему о своем приключении на площади Святого Марка и передать странное предупреждение незнакомца. Граф терялся в догадках и самых невероятных предположениях. Некий офицер проник с герцогиней в наш дом и дурно обошелся с ней; по совпадению другой офицер предупредил герцога, что ему необходимо спешить домой. Кто знает, не он ли постучался так громко в дверь, чтобы помешать графу? Мы ничего не знали о том, были ли у герцогини в прошлом любовники; однако предположили, что, возможно, это был один из них, после чего несколько успокоились.

На следующий день на виллу съехалось множество гостей, и столь долго подготовляемое празднество состоялось со всевозможной роскошью и весельем. Влюбленные воспользовались необычайной сутолокой и договорились о встрече на последнем перед началом поста маскараде. Пережитые затруднения и развеянные надежды сделали графа настороженным и грустным, и все же нам удалось наметить еще один неплохой план.