Виноградник поднялся высоко. Гибкие лозы разлеглись на тонких жердочках и образовали живой навес. Никакое солнце не страшно. Даже самое горячее. Дедушка Кады́р-ата́ уверяет, что в Ферганской долине у всех такие дворы.

— Поедем — сам увидишь… — говорит он внуку Усма́ну, который с нетерпением ждет этой поездки.

Усман — член школьного краеведческого кружка, на занятиях которого он многое узнал о родной республике, ее прошлом и настоящем. И теперь ему не терпелось увидеть все это своими глазами.

Ему хотелось поподробнее расспросить дедушку о маршруте предстоящего путешествия, но как-то все не было подходящего случая: то дедушка занят, то гости нагрянут. Редко, чтоб вечером под виноградником собиралась только своя семья. Обязательно кто-нибудь хоть на короткое время, да заглянет.

Под живым навесом Кадыр-ата соорудил супу. И гости любят посидеть на этом глиняном возвышении. Супа покрыта коврами, на которых лежат свернутые вдвое ватные одеяла.

— Уголок Ферганы! — восхищаются гости. — Уютно, прохладно. Так бы и сидел целый день.

Дедушка не любит, когда его хвалят. Поднимает пиалу, протягивает гостю:

— Пейте чай… Пейте, пожалуйста!

Но вот сегодня за вечерним чаем Кадыр-ата сам, без просьбы, заговорщицки подмигнув внуку, сказал:

— Так… Значит, появилась у меня идея…

Последнее слово, как заметил Усман, никому не понравилось.

— Что это за идея еще? — недовольно проворчала бабушка.

— Хорошая… — сдержанно похвалил Кадыр-ата, но почему-то опасался говорить подробно. — Замечательная!.. Когда узнаете — удивитесь.

И действительно, все удивились, когда наконец, решительно отставив в сторонку пиалу, дедушка развернул карту.

— Вот! — сказал он торжественно и провел пальцем по карте. — Мы решили поехать.

Теперь все посмотрели на Усмана, будто хотели сказать: ага, сговорились.

— Куда? — робко спросила мама.

Дедушка небрежно кивнул на карту:

— По всей республике!

— Только по республике? — поинтересовался папа. Его голос звучал подозрительно равнодушно.