После ужина поступило предложение пойти куда-нибудь потанцевать.

Офицеры запаслись бутылкой виски из буфета Рейчел – закон запрещал продавать спиртное военнослужащим – и, экипированные надлежащим образом, прошлись по сверкающим огнями караван-сараям на Бродвее, где станцевали бессчетное количество фокстротов, по-честному меняясь партнерами. А Глория становилась все оживленнее и все сильнее нравилась розовощекому капитану, с лица которого не сходила доброжелательная улыбка.

В одиннадцать часов Глория, к своему изумлению, оказалась в меньшинстве, когда решался вопрос о продолжении танцев. Остальные хотели вернуться на квартиру Рейчел, якобы для пополнения запасов спиртного. Глория яростно доказывала, что фляжка капитана Коллинза наполовину полная, она сама только что видела… Однако, встретившись взглядом с Рейчел, заметила, как та недвусмысленно подмигивает. В недоумении Глория решила, что хозяйка вечера хочет отделаться от офицеров, и позволила погрузить себя в такси.

Капитан Вулф занял место слева и посадил на колени Рейчел. Капитан Коллинз сидел посредине и, устроившись поудобнее, обнял Глорию за плечи. Сначала его рука лежала неподвижно, а потом сжала плечо как тисками. Он наклонился к Глории.

– Вы потрясающе красивы, – прошептал капитан.

– Очень любезно с вашей стороны, сэр. – Поведение офицера не вызывало ни раздражения, ни удовольствия. До встречи с Энтони множество рук проделывало те же манипуляции, и это воспринималось как обычный жест, выражающий определенные чувства, но ничего не означающий.

Наверху, в овальной гостиной Рейчел все освещение ограничивалось едва теплившимся огнем в камине и двумя лампами под оранжевыми шелковыми абажурами, вследствие чего по углам сгустились сонные тени. Хозяйка расхаживала в свободном платье из шифона с темным рисунком, что только подчеркивало и без того дышавшую чувственностью обстановку. Некоторое время они сидели вчетвером, угощаясь сандвичами, оставленными на чайном столике. Потом Глория вдруг обнаружила, что находится в обществе капитана Коллинза на кушетке возле камина. Рейчел и капитан Вулф удалились в другой конец комнаты, откуда доносились их приглушенные голоса.

– Как жаль, что вы замужем, – промолвил капитан Коллинз, при этом его лицо являло собой смехотворную пародию на абсолютную серьезность.

– Почему? – Глория протянула бокал, ожидая, что его наполнят коктейлем с виски.

– Не пейте больше, – попросил, нахмурившись, капитан.

– А в чем дело?

– Вы бы лучше… лучше бы не пили.

Глория вдруг уловила скрытый в этом замечании намек, ту атмосферу, которую пытался создать Коллинз. Ей стало смешно и в то же время понятно, что смеяться тут не над чем. Она с приятностью проводит вечер и не имеет желания возвращаться домой. Однако гордость была уязвлена неловкой попыткой флиртовать на таком уровне.